– Лучше дать ему знать в Окленд, чтобы ты смог встретить его здесь.

Бэллард кивнул.

– Старина Бен говорил что-то про Стеннинга, когда я видел его в последний раз. Он говорил, что если что-нибудь случится с ним или с компанией, мне лучше сразу связаться со Стеннингом. Еще он сказал, чтобы я не забивал себе этим голову, потому что Стеннинг и сам меня разыщет. Похоже, так оно и получилось.

– Что ты еще знаешь про него, кроме того, что он друг твоего деда?

– Он адвокат.

– Тогда он появится очень кстати, – заявил Макгилл. – Тот человек, что тебе нужен.

Бэллард покачал головой.

– Он не тот адвокат, что мне нужен. Он специализируется по налогам.

– А, он из этих ребят.

Макгилл усмехнулся.

– Он, наверное, спешит покаяться, что запоздал с оформлением завещания, и вместо трех миллионов от старика ты получишь три тысячи.

Бэллард улыбнулся.

– Я не получу и трех центов. Бен предупреждал меня об этом. Он сказал, что дал мне образование и теперь мне придется самому становиться на ноги, как пришлось ему самому в моем возрасте. Я уже рассказывал тебе, что всеми деньгами распоряжаются какие-то попечители или кто-то еще.

Он потянулся.

– Что-то я начинаю мерзнуть. Пойдем внутрь.

– В баре теплее, – согласился Макгилл.

Пока Гаррисон расспрашивал Эрика Петерсена, в ложе прессы яблоку негде было упасть. Дэн Эдвардс обеспечил себе пространство, послав туда двух юнцов-репортеров и выставив их оттуда без малейших угрызений совести, когда заседание началось. Но это все равно не помогло; коллеги бурно протестовали и вскоре заняли все свободные места, Эдвардсу пришлось стенографировать в таких же невыносимых условиях, как и остальным.

Гаррисон сделал отметку в блокноте и поднял глаза.

– Итак, мы остановились на том, что доктор Макгилл вышел, сообщив свою неприятную информацию. Что происходило потом, мистер Петерсен?

Эрик Петерсен пожал плечами.

– Ну, беседовали мы еще долго. Честно говоря, не все понимали, насколько серьезна ситуация. Надо помнить, что все это свалилось на нас так неожиданно – застало врасплох, если хотите. В самом деле, если вдруг кто-то подходит к тебе и говорит: «Наступает конец света!», вам понадобится немало доказательств, чтобы поверить ему.

– Я учту ваше мнение, – сказал Гаррисон. – Не могли бы Вы рассказать, как высказались члены совета?

– Ну, мой брат утверждал, что если даже Макгилл в чем-то и прав, то не стоит сеять панику. Я поддержал его, и Мэт Хьютон, и мэр тоже. Фил Уоррик, похоже, вообще ни о чем не думал. Он только посматривал по сторонам и соглашался со всеми. Миссис Сэмсон хотела начать приготовления к эвакуации прямо там и тогда.

– Кого поддержало руководство шахты?

– Мистер Бэллард согласился с миссис Сэмсон. Мистер Квентин сказал, что об опасности и речи быть не может – он сказал, что все это блеф. Мистер Камерон, кажется, поддерживал мистера Бэлларда.

Петерсен стиснул руки перед собой.

– Вам надо понять, что любое решение относительно города должно было быть принято советом. Руководство шахты не имело права диктовать, как поступить с городом. Доктор Макгилл сказал, что непосредственной угрозы с западного склона нет, и многим казалось бессмысленным ввязываться в проект, который будет стоить городу огромных денег и времени, потраченных впустую.

– И голосов избирателей, если бы ничего не случилось, – желчно заметил Эдвардс.

– Так вот, как я сказал, беседовали мы долго, и даже начали повторяться. Наконец Мэт Хьютон высказал предложение. Он сказал, что, может быть, Макгилл и прав, но хотелось бы услышать и еще чье-то мнение. Он сказал, что надо бы обратиться в Крайстчерч за советом.

– К кому он собирался обратиться?

– В том-то и загвоздка. Он никого там не знал. Мистер Камерон посоветовал ему поговорить с кем-нибудь из Министерства лесного хозяйства – он сказал, что они могут что-нибудь знать об обвалах. Потом еще кто-то, я не помню кто, предложил Министерство гражданской защиты. Решили, что он обратится в оба. Миссис Сэмсон сказала, что надо информировать полицию, и с этим тоже согласились.

– Руководство шахты предложило что-нибудь конкретное?

– Нам предложили транспорт – грузовики и все такое. А также бульдозеры.

– Кто предложил?

Петерсен искоса посмотрел на Бэлларда. Немного поколебавшись, он ответил:

– Не помню. Наверное, мистер Камерон.

Бэллард улыбнулся.

– И что происходило дальше?

– Встреча закончилась, и мы решили собраться на следующее утро, в одиннадцать, хотя было воскресенье.

– Понятно.

Гаррисон оглядел зал.