— А почему ты выбрал такую профессию?.. — спросила я.

— А ты?.. — посмотрел на меня Эж.

— У меня выбора не было… — вздохнула я. — На бюджет баллов не хватило, а о платной учебе и речи идти не могло. К тому же нам в училище разрешали подрабатывать, пусть и платили копейки, но с учетом стипендии это хоть что-то…

— Ну, а я осознанно выбрал юриспруденцию… — пожал плечами Эж. — Мне нравится копаться в законах — вам это может показаться странным, но когда выигрываешь сложное дело, то чувствуешь себя победителем.

— Почему отец тебя к себе не взял?

— Прежде всего, у него и без меня юристов хватало, да и не хотел, чтоб я совался в его дела. Сказал — пробивайся сам. Да я, честно говоря, под его крыло и не рвался — папаша с возрастом становился все более авторитарным, и не желал слышать никого, кроме себя. Меня вполне устраивало то место, где я стал трудиться — там, кстати, неплохо платили, да и коллеги оказались толковыми и квалифицированными. Правда, хорошая жизнь долго не продлилась — папашина империя стала рассыпаться, и он предпочел отправить меня в армию, чтоб я не мог ему помешать вывести капиталы за рубеж… Остальное вам известно. Так, милые дамы, на сегодня разговоры закончены. Ложитесь спать — после прогулки по Ведьминому Вареву всем нам придется еще долго восстанавливать силы.

— Разбуди меня на дежурство… — попросила я Эжа, укладываясь неподалеку от Лидии.

— Подниму, не сомневайся…

Меня разбудил солнечный луч. Открыв глаза, я никак не могла понять, где нахожусь, и лишь мгновением позже поняла, что с оконцев сняты доски, в домике светло от солнечных лучей, да и на дверях нет бруса… Неужели наступило утро? А как же дежурство?

— Эж!.. — только что не зашипела я на молодого человека, который помешивал варево в горшке, стоящем на углях. В воздухе вкусно пахло вареным мясом, значит, Эж готовит суп из солонины. — Ты чего меня ночью не разбудил?

— И тебе доброе утро… — покосился тот на меня. — Как себя чувствуешь?

— Тебя готова убить!

— Как, и ты тоже? Как плохо на тебя влияет посещение Ведьминого Варева! Вроде еще недавно такой кровожадной не была, говорила что-то о любви к ближнему! А вот я всегда утверждал, что туризм по экзотическим местам не всегда положительно сказывается на здоровье.

— Эж!

— Да ладно, не сердись… — Эж присел рядом. — После такой потери крови тебе нужен отдых, и прошу не спорить. Ты не хуже меня помнишь старый лозунг: сон — лучшее лекарство. К тому же случилось невероятнее — сегодняшняя ночь прошла совершенно спокойно! Сам не могу поверить в произошедшее, но извне не слышал ни шороха, ни скрипа, ни чьего-то голоса… Это ж просто праздник какой-то!

— Мог бы на этот праздник жизни и меня пригласить!

— В следующий раз — обязательно! Только я рассчитываю на то, что это ты меня растолкаешь темной ночкой, и пригласишь отпраздновать. Причина празднования, кстати, тут вовсе не важна. Главное — тишина, покой, мы двое и все остальное…

— Да ну тебя!.. — рассмеялась я. — Говори потише — Лидия еще спит.

— Зато наш общий друг проснулся… — кивнул Эж в сторону Лесовика.

— Давно?

— Да уж добрый час делает вид, что дремлет.

Я подошла к Лесовику, который лежал с закрытыми глазами. Так, а вид его раны на ноге не может не радовать — нет ни покраснения, только небольшая припухлость, а сама рана заживает просто на глазах. Просто поразительно, какое удивительное влияние оказывает человеческая кровь на организм жителей этого мира!

— Ну и чего там?.. — подал голос Лесовик, который все это время вполглаза следил за мной.

— Радуйся, идешь на поправку. Да ты и сам, наверное, уже успел посмотреть свою рану.

— А то, как же, видел… — пробурчал мужчина. — Когда можно в дорогу отправиться?

— Ты что, сдурел?.. — я даже растерялась. — Рана еще не затянулась. Если вздумаешь пойти, да еще с такой тяжестью за спиной, то через пару часов все лечение пойдет насмарку, рана разойдется, и второй раз я уже ничего не смогу сделать. В лучшем случае в будущем останешься с одной ногой, в худшем — вообще не дотянешь до жилых мест, так и помрешь в здешней чащобе со своим мешком за плечами.

— Ладно… — после паузы отозвался мужчина, причем говорил он с большой неохотой. — Уж если иначе никак…

— Никак, и возражения не принимаются.

Должна признать, что отправляться в путь по лесу сегодня не хотелось никому из нас. После Ведьминого Варева мы все еще не могли окончательно придти в себя. Не поверите, но у меня все еще дрожали руки, а Лидия пожаловалась, что ее ноги просто отказываются идти. Думаю, Эж чувствовал себя немногим лучше нас, а уж про Лесовика я и не говорю — уж если он без особых возражений согласился, то о его самочувствии и говорить не стоит.

— Говоришь, тихо ночью было?.. — спросил мужчина у Эжа.