– Олесь, поговори со мной, - попросила её жалобно.
– Ты же не можешь теперь всегда молчать. Я понимаю, как тебе больно. Но ведь твои родители не виноваты. Ты очень нечестно поступаешь с ними, знаешь? Они же волнуются.

И снова тишина.

– Нечестно, - повторила я уже твёрже.

– А они честно поступили?
– всё-таки заговорила подруга и даже посмотрела на меня.
– Они честно поступили, бросив меня? Оба?

– Оба?

– Олег уехал. Даже не попрощался. Сперва Глеб. Потом он. И ни один не подумал, каково мне будет без них.

– Олесь… - растерялась я от такого заявления, что не сразу нашлась со словами.

А сама Олеся неожиданно уселась на постели, уставившись на меня немигающим взглядом.

– Почему они меня бросили? Вот так вот? Сразу оба? Неужели я не заслужила хоть каких-нибудь объяснений? Скажи?
– схватила меня за руки, сжав их до боли.

Я же только и могла, что беспомощно смотреть на подругу. У меня было ощущение, что она даже не понимала того, что я рядом с ней находилась, больше пребывая в закоулках своей боли.

– Леська… - тихо произнесла, а потом просто обняла её без слов.

Та не сопротивлялась, но и никак не отреагировала на мои действия. А я просто сидела и слегка покачивалась вместе с ней, желая забрать её боль себе. Всё равно мне уже больнее некуда.

Не знаю, сколько прошло времени, но по итогу мы обе так и заснули поперёк кровати. А проснулась я от ласковых прикосновений к своей щеке.

– Привет, - проговорил негромко сидящий рядом Дан.

Зелёный взор смотрел на меня нежно и с надеждой, отчего внутри только-только склеенные осколки вновь разлетелись на множество мелких кусков.

Разве можно так любить кого-то?

Настоящая зависимость...

Уселась на постели, с тревогой посмотрев на хмурую даже во сне подругу. Оставлять её не хотелось, но и Дан, видела, нуждался в общении со мной.

Почему не сказал о Глебе?

Вижу же, что плохо. Так почему не пришёл? Промолчал?

Глупый...

Я задержалась только на секунду, чтобы убрать волосы с лица Олеси и поднялась с кровати, направляясь на выход из комнаты. Дан безмолвно последовал за мной.

Во всей квартире царила темень, лишь из дальней комнаты доносился звук работающего телевизора, да виднелась тонкая полоска света из-под двери.

– Надо было сказать, - укорила его, остановившись, и обняла за талию.
– Надо было прийти и сказать, Дан. А не стоять под окнами.

Дан ничего не ответил, только ответные объятия показали, насколько сильно он нуждался в поддержке с моей стороны.

– Глупый.

– Не хотел тебя тревожить, - произнёс негромко.
– Да и выбирался в последнее время к тебе между учёбой, больницей и работой. У тебя уроки в это время. Когда говорить? Не по телефону же. Как-то глупо.

– Расскажешь?
– попросила его.

– Останешься?
– попросил он ответно.

– Ненадолго. Мне завтра на работу. У нас учитель географии заболела. Окна другими предметами заменили. Часов прибавилось, - вздохнула устало.

О том, что я приветствовала увеличение нагрузки, с помощью её избавляясь от мучившей меня тоски по нему, промолчала. Не до того сейчас.

Да и ночевать вместе с Даном в квартире его родителей, когда ещё и те знать будут… Нет уж, увольте.

– Трусиха, - верно понял мои метания парень.
– Что ж ты у меня такая трусиха?
– больше себе, чем мне сказал.

– Какая есть, - пробурчала недовольно.

– Другой не надо, - хмыкнул он, привычно уткнувшись лицом мне в шею. Вдохнул пару раз, а после отстранился.
– Идём, - произнёс, увлекая меня за талию в свою спальню, где уже буквально сгрёб в охапку.
– Как же мне тебя не хватало, - шепнул едва слышно.

– Тебя никто не заставлял быть вдали от меня, - обиду в голосе скрыть не смогла.

– Знаю. Ты права. И тогда, в отеле права была. Нахрен всех. Просто всё так навалилось, - утащил на свою кровать, на которую удобно улёгся, пристроив меня сверху.
– Давно мечтал об этом, - выдохнул довольный собой.

Хотела снова поинтересоваться по поводу Глеба, но не стала. Не хотелось портить момент и его настроение. Слишком мне нравилось смотреть на него улыбающегося.

Чуть приподнялась и провела ладонью по его щеке к уголку губ.

– Я скучала, - призналась.

– Больше не будешь, - на полном серьёзе пообещал он.
– Ты от меня больше не избавишься.

– Да? А как же расследование?

– Тебе всё, что мы выяснили? Или коротко?
– уточнил Дан.

– Мне - всё, - поцеловала его в подбородок.
– С самого начала. Вплоть до сегодняшнего дня и состояния Леськи.