Ее вопрос вернул Люсьена к жестокой реальности. Если бы Серина никогда не была замужем за Уоррингтоном, он скорее всего по-настоящему влюбился бы в нее, ухаживал за ней, завоевал бы ее сердце. И при других обстоятельствах она относилась бы к нему совершенно по-иному.

Но все эти «если бы» не имели в настоящий момент никакого значения. Единственное, что было важно, — это женитьба на любовнице, которая ждала его ребенка.

Он взглянул на герцогиню. В ее глазах он заметил испуг, какой можно увидеть у загнанного в ловушку зверя. Ему вдруг захотелось заключить ее в объятия, успокоить, пообещать никогда не вести себя так, чтобы она его боялась. Но ему ничего не оставалось, как только беспомощно вздохнуть.

Спустя мгновение Холфорд ввел в комнату священника.

Пожилой священник улыбнулся Люсьену и радостно закивал, посмотрев на Серину.

— Надеюсь, сегодня вы чувствуете себя лучше, моя дорогая, — сказал он. — Как жаль, что такое радостное событие пришлось отложить из-за вашей болезни.

Леди Уоррингтон быстро взглянула на Клейборна. В ее взгляде читался упрек, но она ничего ему не сказала.

— Да, — пробормотала она, обращаясь к священнику, — действительно, очень жаль.

— Можно начинать? — спросил тот, весело подмигивая. — Я-то знаю, как вам двоим не терпится!

От сознания того, что ей придется совершить такой важный шаг в жизни против своей воли, Серину затошнило. Этот поспешный брак будет лишь немного менее шокирующей новостью, чем сообщение об измене Сайресу. В любом случае ее поступок станет главной темой для сплетен, в которых все не преминут помянуть и скандальную славу ее матери.

— Молодым всегда не терпится, — продолжал священник. — Я помню, как было у нас с Тесси, а ведь мы женаты уже тридцать лет.

Но Тесси наверняка шла к алтарю по доброй воле, думала Серина, не спуская глаз с Люсьена.

Тем временем священник расстелил на полу коврик для коленопреклонения и попросил Серину и Люсьена занять свои места.

Затем он раскрыл молитвенник и, взглянув на невесту, сказал:

— Э-э-э, не хотелось бы быть неделикатным, моя дорогая, но вы действительно хотите венчаться… в этом наряде?

Серина посмотрела на свое черное траурное платье. Венчание в черном? Ну и что, в данной ситуации это можно считать вполне уместным. Краем глаза она заметила, что Люсьен внимательно смотрит на нее.

— Я не буду переодеваться, — сказала она, гордо подняв подбородок. — Я ношу траур.

Клейборн отвернулся от нее и тяжело вздохнул.

— Начинайте, святой отец, — сказал он.

Тот пожал плечами и начал читать. Серина слушала его бормотание, но слова молитвы не доходили до ее сознания.

Как она могла оказаться в таком положении? Слезы навернулись ей на глаза, когда она вспомнила их свадьбу с Сайресом, проходившую ярким весенним утром. Надежда и счастье переполняли в тот день ее сердце. Как все это отличалось от страха, который терзал ее теперь! Этот мучительный брак станет расплатой всего за одну ночь порока!

Люсьен толкнул ее локтем в бок, выводя из состояния задумчивости. Она испуганно открыла глаза и увидела, что все смотрят на нее с ожиданием.

— Извините, — смущенно пробормотала герцогиня, — что вы сказали?

Священник улыбнулся:

— Как вас зовут, дорогая?

Она ответила, и священник продолжил церемонию.

— Согласна ли ты, Серина Мэри Элизабет Уоррингтон, взять в мужья этого мужчину, чтобы жить с ним в браке согласно повелению Божьему? Обещаешь ли ты повиноваться ему, любить и уважать его, быть с ним в горе и радости, болезни и благоденствии, пока смерть не разлучит вас?

Она отвернулась, чтобы не замечать широких плеч Люсьена и исходившей от него мужской притягательности.

— Разве у меня есть выбор? — прошептала она. Люсьен сильно сжал ее локоть.

— Не так, — тихо промолвил он.

Серина закрыла глаза, из которых потекли слезы.

— Обещаю, — сказала она, поклявшись про себя ненавидеть Люсьена до конца своих дней.

— Не нужно так нервничать. Конечно, все так и будет, — сказал священник. Затем он повернулся к Люсьену и повторил слова клятвы.

— Обещаю, — произнес тот, и его слова громким эхом разнеслись по комнате.

Зная, что это опасно для нее, Серина не удержалась и посмотрела на своего нового мужа.

Что-то встревожило ее в напряженном выражении его лица. Помимо своей воли она вспомнила каждую подробность той ночи, что они провели вместе. Его пальцы незаметно для всех начали ласкать ее запястье, заставляя кровь сильнее струиться в жилах. Когда он почувствовал, как ускорился ее пульс, выражение его лица изменилось.