— Големы? — предположил Виктор. — Я могу создать их из камня… но слабых.

— Вот именно, молодой человек, — щёлкнул пальцами Щергальский. — Слабых. А ведь вы — S-Ранг, да и амулет у вас на груди не для красоты. Големы — это такая себе перспектива — всё, что оживляется из неживого, слишком неизученно для магии и слабо.

Он хлопнул в ладоши.

— Так было до недавнего момента. Но одно — не побоюсь этого слова — гениальное изобретение наших специалистов сделало настоящий прорыв. Любуйтесь!

Он достал из кармана небольшой амулет — на верёвочке висело нечто вроде обычной гальки с начерченной на ней руной — и протянул его девушке с молотом. Та встала и надела амулет на шею…

…и каменная текстура начала распространяться по её телу, одежде, доспехам.

— Как в древних легендах или кассовых блокбастерах, не так ли? — усмехнулся Щергальский. — Человек под воздействием этой штуки может превратиться в любой неорганический материал — металл, камень, древесина, да хоть клубничное желе. Главное, из чего сделан сердечник амулета.

Олег уже понимал, к чему всё идёт. Да, это обещало выглядеть… эпично.

— При этом, — продолжал Щергальский, — он остаётся живым, подвижным и мыслящим, сохраняет все магические способности — но полностью перестаёт быть органическим, а значит, подлежит копированию. Оригиналу даже не нужно будет идти в бой — это за него сделают каменные копии!

Демонстрация была впечатляющей, тут не поспоришь. Но оставался ещё один вопрос.

— Ну, допустим, — кивнул Олег. — А мы-то вам зачем? Я… и, в особенности, все прочие?

В этом типе Алине Соболь не нравилось абсолютно всё. Улыбочка, манера двигаться и говорить, привычка не представляться при первой встрече (при том, что сам-то он знал её фамилию). Как ещё называл Бурнов?.. Щергальский, кажется.

Но больше всего, конечно, Алине не нравились его планы.

— Отличный вопрос! — он буквально расцвёл, услышав, как Некромант спрашивает его про роль других в этих планах — видимо, когда же его спросят. — Залог победы — в необычном оружии и необычных способностях. Мы обладаем одними, вы — другими, и только полным и неожиданным сочетанием можно…

— Залог победы — в грамотно продуманной стратегии, — не выдержала Алина. — Набором разноцветных способностей можно побеждать только в комиксах!

— Ну, до сих пор нам удавалось применять и то, и другое, — снисходительно бросил Щергальский. — Знаете… наверное, я просто не объяснил основного. У нас есть план. Конкретный план атаки на главный офис ДМК, с чёткими инструкциями, что там делать — не просто убивать всех подряд, а…

— Там полно тех, кто ещё остаётся на нашей стороне! — вспылила Алина. — Вы же одной только вчерашней атакой убили кучу из них, включая тех, кто уже был готов скооперироваться с нами!

— На вашей, но не на нашей — так? — хмыкнул Щергальский. — Но признаю, виноваты… видите ли, сейчас нету времени разбираться, кто плохой, а кто хороший. Все карты в руках у «Святой Руси», и единственная причина, по которой она их ещё не разыграла — это то, что она не знает, что же на руках у нас.

О. А ещё Алина терпеть не могла карточные аналогии.

— Хорошо, — кивнула она, стараясь держать себя в руках. — Ладно. У вас есть план. Может, с этого и следовало начать, а не с демонстрации отдельного — пусть и эффективного — оружия?

Она глянула на остальных. Виктор и двое Искателей из «Свершения», кажется, ещё не до конца отошли от того факта, что они находятся на другой планете — признаться честно, это и ей самой казалось фантастикой. Антон взирал на всё со своей привычной усмешкой и не спешил вмешиваться в разговор, и только Некромант сосредоточенно глядел на собеседника.

— Да, — кивнул он. — План важнее отдельных деталей.

— Хорошо, — кивнул Щергальский. — Я хотел предложить вам конкретную кампанию, если она провалится — то нам придётся плохо, а если окупится — то хорошо, и тогда мы сможем отдельно обсудить, сотрудничаем мы дальше или нет.

Он встал и прошёлся по полянке, вдыхая в себя озоновый аромат.

— Но я не просто так начал с демонстрации этой способности, — заметил он. — В ней есть один ущерб. Копии… обладают разумом.

— Да, — кивнула Алина. — И что с того? Разве это не лучше безмозглых болванок?

— Они обладают разумом, — повторил Щергальский, — и этот разум сообщает им сразу кучу шокирующих вещей. Они — клоны. Они из камня. Они умрут через полтора часа. Разум — не та штука, которую хочется погружать в подобное, не так ли?