Залетев внутрь, Олег завис на пару секунд: посреди пустой комнаты стояла… резиновая лодка. И пара ящиков с провизией.

«И куда он собрался плыть?» — удивился Олег. Но Фаргор, вошедший сюда, сам ответил на вопрос, плюхнувшись в лодку. Видимо, та заменяла ему диван. А что? Мягкая, удобная. И наверняка её проще достать на военной базе, чем мебель. Или откуда она взялась…

«Ладно», — Олег облетел его с нескольких сторон. — «Вот от чего дерущиеся его отвлекли — от безмятежного отдыха… Ну, сейчас я его тоже отвлеку. Пришло время поговорить».

Ну, по крайней мере, это был Фаргор. Не Марктолус — слишком честолюбивый, даже, пожалуй, с некоторой манией величия; не Гхро — до болезненного гордый и принципиальный; не Кормет — презирающая всех людей как расу… Фаргор был трусом и заботился лишь о себе, а потому от него сложно было бы ожидать игры в молчанку и поведения партизана на допросе.

Если, разумеется, как следует его припугнуть. Поэтому первыми словами Олега, появившегося позади Фаргора, были:

— Один звук — и ты покойник.

Само собой, к моменту, когда эта фраза закончилась, меч Владыки уже был приставлен к горлу ящера. Тот захрипел — но тихо, видимо, быстро осознав, в какую ловушку он попал.

— Спокойно, — Олег не отнимал меча от шеи Фаргора. — Отвечать, когда я буду спрашивать. Молчать, когда я не буду спрашивать. Ни одной попытки позвать на помощь, иначе…

Он слегка надавил режущей кромкой клинка, и на шее существа образовалась небольшая царапина.

— Я понял, понял! — прохрипел Фаргор, а точнее — даже просвистел, стараясь говорить так, чтобы ему при этом не отрезало голову. — Я не буду звать на помощь, я вообще не буду…

Ха. Интересно, сейчас он под действием «Миротворца» — или же просто страх настолько силён, что перекрывает даже магическую ярость? Он ведь знает, что перед ним человек. Олег не знал, как долго может работать «Миротворец», но, в целом, его это и не интересовало.

Зато были другие вопросы.

— Кто отправил тебя туда? — говорил тихо, но его интонации были твёрдыми и даже слегка пугающими. Занятно, пронеслось у него в голове. Раньше, в детстве, боялся монстров — даже в кошмарах снились после того случая с Вратами, открывшимися напротив школы! А теперь… вот, сам стал кошмаром для монстров. По крайней мере для одного.

О, Фаргор и правда был напуган. Он жестами указал на меч, и Олег приподнял клинок на пару сантиметров.

— Говори! — приказал он.

— Я не знаю человеческих имён! — с отчаянием в голосе проговорил Фаргор. — Слушай, они пытали меня, они сказали, что убьют, если я не соглашусь на них работать, они…

Хм. Пытали? И правда, похоже на то. Все эти ожоги и порезы можно было получить или в бою — но, зная Фаргора, едва ли он полез в бой — или если кто-то наносил их ему специально. Да уж, ранки небольшие, вреда от них самая малость — зато их много и все они, должно быть, очень болезненные.

— Они убьют тебя в любом случае, — Олег не знал, так ли это, но решил на всякий случай припугнуть ящера. — Рассказывай всё, что знаешь.

— А ты?! — потребовал тот. — Если одни люди убьют меня в любом случае, почему мне нужно верить, что другой человек не сделает того же?!

Да уж, иногда он мог быть… ну, если не смелым — то, по крайней мере, практичным.

— Тебе нужны гарантии? — негромко, но очень напористо рявкнул Олег. — Я скажу тебе, какие у тебя гарантии. Никаких. Но умирать можно быстро — а можно медленно и мучительно. Те, кто послал тебя сюда, убьют тебя — как только прикончат меня, или как только ты исчерпаешь свою полезность. Мне нет необходимости убивать тебя, но я легко могу сделать это и даже не вспомню на следующий день. Итак, будешь говорить?

— Я… не… — попытался ещё что-то возразить Фаргор, но Олег угрожающе качнул мечом, и тот затараторил, — Ты переместил меня туда! В комнату с окнами — я давно не видел неба и вообще чего-то, кроме камней! Я даже не спал, я смотрел… а потом пришли люди и начали меня пытать!

— Чего они требовали? — деловито уточнил Олег. Едва ли «пришли люди» — это «Свершение», ведь тем сначала потребовалось бы похитить ящера. Хотя абсолютной гарантии не было.

— Я не знаю! — с паникой в голосе заявил Фаргор. — Я не понимаю язык людей! Твои слова понятны, их — нет! Они просто пытали меня, а что они при этом говорили — я понятия не имею!

В целом логично, но…

— Но в итоге ты их понял? — это было ясно. Если они послали его сюда, да ещё с конкретным заданием — значит, достучаться смогли.

— Да! Меня пытали долго, я уже не мог сопротивляться, я был связан… Потом пришёл человек и сказал, что я тварь и так будет всегда, если я не сделаю то, что скажут! Я не поверил, что они оставят меня в живых, но уже был готов на что угодно, только бы пытки прекратились!

Хм. Олег поглядел на тело Фаргора — ту часть, что не была закрыта балахоном. Да, раны заметные… но прямо каких-то адских мучений он не испытывал. С другой стороны… его самого никогда не подвергали длительным пыткам; кто знает, что он испытал?