Щеки мои тут же вспыхнули. Резко обернувшись, я вперилась в него взглядом.

— Ну знаете ли! — возмутилась я.

— Знаю. Иногда лучше промолчать, но мне нравится, когда ты краснеешь. Вина? — указал он на так и не открытую бутылку. — Ах, да. Употреблять алкоголь в академии строжайше запрещено. Может, тогда лимонаду?

— Уходите! — прошипела я, чувствуя, как изнутри поднимается ярость.

Да он издевался надо мной! Издевался и даже не пытался этого скрыть!

Я едва держалась, чтобы не закричать. Не вытолкать его из палаты, не разбить об его голову ту же вазу, в которой стоял букет. Едва дышала, пока он нарочито медленно поднимался. Пока проходил мимо меня, но отчего-то вдруг вновь задержался на пороге.

— А еще мне нравится, когда ты злишься. В твоих глазах столько страсти…

Бутылку вина я все-таки бросила, но уже в закрытую дверь. Мерзавец! Подлец! Если бы вовремя не вышел, она бы прилетела ему прямо в голову. Конечно, потом я бы об этом очень жалела, но сейчас меня буквально разрывало от эмоций. Видите ли, нравится ему, когда я краснею и злюсь!

Остальную часть вечера я собирала осколки, извинялась перед медсестрой и отмывала с ней на пару стену и пол. Единственное, чего мне было жаль, так это потраченного времени. Спать ложилась с мыслями, чтобы уже поскорее пришло утро следующего дня, но этот день так просто меня отпускать не желал.

Прямо посреди ночи в холодном поту я проснулась от кошмара, в котором мне снился Лис. Он снова пытался добраться до меня, неприятно скалился, ухмылялся. Я хотела убежать, ударить, но не могла сдвинуться с места или пошевелить хотя бы руками.

Открыв глаза, задыхаясь, села на постели и едва не заработала сердечный приступ. В темноте мне пригрезилось, что в углу кто-то стоял. Светильник не включился ни с первого раза, ни со второго. За это время мое сердце успело пуститься в галоп, а по спине прокатился холодок ужаса. Волосы встали дыбом.

Понимала, что уже не засну. Не смогу находиться здесь одна. Страх покалывал кончики пальцев, заставлял вслушиваться в шорохи и вглядываться в полумрак. Завернувшись в одеяло, я прямо босиком выскочила из палаты, но коридор тоже пустовал и утопал во тьме.

Меня накрыла такая паника, какую я не испытывала еще ни разу в жизни.

В соседнюю палату я буквально ворвалась, путаясь в одеяле.

— Кара? — тут же сверкнуло в темноте серебро.

— Можно яу тебя тут немного посижу?

— Можно. Что-то случилось? — поднялся капитан с постели, подходя ко мне.

В полумраке комнаты я отлично видела, что он облачен только в спортивные штаны, но смущения во мне было гораздо меньше, чем страха. Сейчас я могла думать только о том, что не хочу, не могу оставаться одна.

— Мне кошмар приснился, — проглотила я комок, что встал поперек горла. — Я совсем немного посижу. Ты спи, я не буду отвлекать.

— Собираешься всю ночь просидеть на стуле? Занимай кровать, — произнес он безапелляционно.

— А ты? — покосилась я в сторону кровати.

— Со мной ничего не случится. Подремлю на стуле.

— Может… Ляжем вместе? Каждый под своим одеялом. Я не займу много места.

Теперь я действительно смутилась. Мне было стыдно, что я вот так ворвалась в его палату посреди ночи, да еще и отбираю кровать.

— Давай попробуем, — прошелся он ладонью по ежику волос, будто до сих пор не мог привыкнуть к нему.

Чувствовала себя неудобно. Было странно укладываться с кем-то в одну постель. Я постаралась занять самый край, накрываясь своим одеялом. Как лег Эльдер в темноте, я н видела, да и не разглядывала. Хватало уже того, что между нами оставалось место, хотя подушку мы делили одну на двоих.

Правда, стоило только попробовать чуть повернуться, как я прямо в одеяле полетела 1 пол. И свалилась бы с кровати, да. Свалилась бы, если бы Эльдер меня не поймал, втаскив обратно в постель.

Серебро — оно мерцало в его глазах, мягко тлело, завораживая. Его лицо находилось так близко. Я чувствовала тепло его тела даже через одеяло. Ощущала дыхание на своих губах. У меня дух перехватило.

Сделав вдох, выдохнуть уже не смогла, потому что моих губ коснулись чужие губы.

Коснулись мягко и нежно, осторожно. Коснулись едва-едва, размыкая их, забирая судорожный выдох. Необъятный, неконтролируемый, неизвестный жар прокатился по моему телу, заполняя собой каждый сантиметр кожи, врываясь столпом искр в затылок.

Никогда еще я не испытывала чего-то подобного. Да и когда бы?

Это был первый настоящий поцелуй в моей жизни. Самый первый, и он был удивительным.

— Прости, я не хотел тебя испугать. — Чужие пальцы коснулись лица, останавливаясь на подбородке. Замерли, пока большой палец проходился по нижней губе, чуть надавливая.

— Не испугал, — прошептала я, а сердце заходилось от волнения.

— Это хорошо. — Его улыбку я не увидела, скорее почувствовала. — Признаться, до этого момента я сам себе завидовал.