— Не была.

— В каком это смысле? — резко похолодела я, чувствуя, как сорочка прилипла к спине.

— К сожалению, в самом прямом. Гастрит, а вместе с ним и язва могут возникнуть не только из-за неправильного питания, но и из-за частого голодания.

Я смутилась. Щеки опалило жаром, а в груди возникло глухое возмущение.

— Это не ваше дело! — запротестовала я.

— Мое, — склонился мужчина ниже, почти что нависая надо мной. — Потому что ты мне не безразлична, и изменить это не в силах никто. Я бы и сам рад оставить тебя в покое, но не могу. Будет жаль, если у тебя не получится ответить мне взаимностью.

— Не отвечу, — отрицательно покачала я головой, с трудом удерживаясь от того, чтобы отвести взгляд.

— К сожалению для меня, это ничего не изменит, — прикоснулся он костяшками пальцев к моей щеке.

— Думаете, что получится взять измором?

— Думаю, что нам стоит лучше узнать друг друга, прежде чем делать какие-то выводы. Кстати, утром тебя уже выпишут. До вечера.

Сухие губы все-таки коснулись моего лба. Зажмурилась против воли, но не вздрогнула. Скорее была ошарашена таким поведением. Провожала его спину недоуменным взглядом, однако уже у двери мужчина остановился.

Обернулся, чтобы своим взором пробраться в самую душу.

— И еще кое-что. Держись подальше от Эльдера. Неуставные отношения на территории академии запрещены.

— О себе беспокоитесь? — спросила прямо.

— О тебе, Каролина, — улыбнулся он как-то цинично. — Я это переживу, а ты?

Он собирался уйти. Веркомандир космической армии собирался уйти, оставляя последнее слово за собой, но я окликнула его раньше, чем он вышел за дверь:

— Не стоит повторять, что это не ваше дело? Но знаете, я вам все же отвечу. Я буду держаться от него подальше, но не из-за вас, не стоит строить иллюзий, а потому что Эльдер такой же. Его время выбирать жену тоже придет, и тогда он купит чью-то жизнь точно так же, как это сделали вы. Законы одинаковы для всех имситов.

Теперь последнее слово осталось за мной, но удовлетворения я не чувствовала. От прежнего благодушия не осталось ни грамма. Даже капитана сейчас видеть не хотелось. Ирадий окончательно испортил мне настроение, которое не скрасили даже пирожные.

Правда, лично я съела только одно. Еще одно попросила медсестру передать Эльдеру, а последним угостила ее. Зачем добру пропадать? Тем более когда оно такое вкусное и с воздушным нежным кремом.

До самого ужина я в итоге проспала, а проснулась от стойкого ощущения, что на меня кто-то смотрит. Едва сердце из груди не выпрыгнуло, когда открыла глаза. Не ожидала, что веркомандир окажется так близко.

— Вы меня напугали, — села я на постели, потирая лицо ладонями, чтобы согнать сонливость.

— Не хотел, — ответили мне коротко, а я обратила внимание на то, чем мужчина занимался.

Стол, за которым он обычно работал, сейчас был застелен скатертью и сервирован на две персоны. Даже свечи в подсвечниках стояли — именно их Ирадий и зажигал.

— Я хотел извиниться за то, что был излишне резок сегодня.

— Кажется, вы не понимаете слова “нет”.

— Это всего лишь ужин. Признаться, я еще ни разу не пробовал креветки. Было любопытно, тем более в хорошей компании. А ты? Ты пробовала креветки?

Креветки я не пробовала. Хотя бы потому, что привыкла питаться как-то проще, да и особого желания никогда не испытывала, но за неимением другого ужина была согласна и на этот. Да и не хотелось, если честно, спорить или ругаться. Просто устала злиться на веркомандира.

Он не уйдет, не улетит обратно на Землю — это я уже поняла отчетливо. Оставалось надеяться, что терпение у него все же не безграничное.

— Какие они страшные… — оглядела я блюдо, украшенное лимонами, лаймами и зелеными веточками укропа.

— Их нужно чистить. Сейчас покажу. Сначала отрываем голову, потом лапки, и в конце тянем за хвостик.

— И есть остается всего ничего, — вздохнула я, увидев, сколько в итоге осталось от несчастной креветки.

— Вкуснее, если макать в соус. Пробуй, я пока еще почищу.

В итоге Ирадий так и чистил креветки, изредка перехватывая пару-тройку штук. Я же не заметила, как увлеклась настолько, что съела добрую половину. Даже хуже семечек! И вкус, главное, такой нежный, очень интересный.

— Все, больше не могу. Спасибо, — отодвинула я подальше от себя тарелку, переживая, что просто не смогу остановиться.

Пока была занята едой, вообще не думала о том, в чьей компании провожу время, но стоило посмотреть на мужчину, как реальность вернулась во всей красе. В его глазах поблескивало серебро, а взгляд был задумчивым и каким-то лукавым.

— Что-то не так? — поинтересовалась я, поднимаясь из-за стола, чтобы вымыть руки. Раковина находилась здесь же — в палате.

— Никогда не думал, что это может быть настолько сексуально — когда кто-то ест.