Что именно предлагали Сергеевичу за деньги, мне услышать не удаётся, так как ветераны начинают заваривать ещё один чайник чая, расставляя шахматы по следующему кругу. А меня выпроваживают от греха подальше.

— Саня, завтра наберу. Где, что и как, — итожит Сергеевич, устраиваясь обратно за шахматной доской, потирая руки и поглядывая на дымящийся чай.

Мыться приходится «на босу ногу», поскольку сланцы в комплекте с волшебными трусами «от Сергеевича» не прилагаются. Вытираюсь после душа этими же трусами (благо, их размер позволяет и не такое). Когда раздумываю уже перед выходом из зала, куда бы их пристроить, из тренерской возникает Сергеевич:

— На! — он засовывает мне в руки полиэтиленовый пакет. — Форму постираешь, высушишь, завтра вернёшь! Шнурок где? — Проследив за моим взглядом, Сергеевич сдёргивает с каната ринга свой шнурок (которым подпоясывал меня в этих шароварах, по недоразумению имеющих вид трусов великана) и исчезает обратно в тренерской.

Из спорткомплекса выхожу, веселясь от непосредственности Сергеевича и помахивая пакетом с мокрыми трусами-шароварами.

На аллейке, ведущей к проезжей части, с удивлением наблюдаю давешнюю пятёрку южан. От которых отделяется мой недавний «партнёр» и подходит ко мне:

— Э, ты всегда такой резкий?

— Короче и конкретнее.

— Мал-чик, ты что-то в жизни путаешь… — меня пытаются начать учить жизни, явно имея ввиду что-то другое.

Ну, это полный бред. Я, конечно, недавно в «орбите» именно этого спорта, но каждый зал бокса имеет одни и те же, очень чёткие, и писаные, и неписаные правила. Работающие на уровне обычного здравого смысла. Как говорится, кто шарит — тот поймёт.

Этот же тип именно здравый смысл сейчас и нарушает, и разрушает одновременно.

Судя по только что полученным сообщениям на телефон, у меня буквально сейчас ожидается весьма непростой эпизод: родители Лены договорились с моими родителями о совместном ужине, в отсутствие Лены (она-таки сегодня на сутках у Стеклова, в неотложке).

Лена, создав общую группу в ватсаппе, сама убежала на работу (оставив роль буфера в знакомстве наших родителей мне). О чём и проинформировала меня лично, но уже в нашем с ней индивидуальном чате.

Дозвониться я ей сразу не смог, видимо, она была занята. Но вот именно в этот момент, она перезванивает мне. Держу в голове, что в неотложке у неё может не быть много времени, оттого своего собеседника не дослушиваю. Банально отвечая на звонок Лены.

— Мелкий, ты поймал мои сообщения? Несись к родителям. А то твоя маман, кажется, настроена несколько неконструктивно. Как бы чего не вышло…

— Лен, а кому пришла в голову идея им без нас с тобой встречаться?

— Да я промахнулась, — досадует моя половина. — Сегодня, под нажимом, создала общий чат и поехала. А они между собой вон к чему пришли… ты что, не читал историю беседы?

— Лен, там более трёх с половиной сотен сообщений, — пожимаю плечами. — Когда? С утра на Хоргосе, сейчас вот у Сергеевича был, чтоб совсем за рамки не выходить… Спорткомплекс универа, сейчас же сюда все ездим. Пока нашёл, пока внутри сориентировался, пока то-сё…

В этот момент, мой бывший «партнёр» в ринге, он же текущий собеседник, видимо, оскорбляется в мой адрес за то, что я не уделяю ему надлежащего внимания.

Не в последнюю очередь я отвернулся от него ещё и потому, что он стал нести откровенный бред. С претензиями.

Когда он, в порыве своих загадочных для меня мыслей, пытается выхватить из моих рук мой же телефон, я просто тычу указательным пальцем свободной руки ему в глаз.

Он громко говорит «Ай!» и садится на корточки. Растирая лицо обеими руками.

Поговорить с Леной у меня получается ровно три секунды. После чего мне приходится сломать указательный палец следующего из «очаровательной» пятёрки «студентов» (того, который схватил меня сзади за горло).

В итоге, конфронтация приобретает совсем несовместимый с телефонным разговором формат, на чём я и прощаюсь с Леной.

Поскольку внешние факторы делают дальнейшую беседу невозможной.

Лена, как оказывается буквально через три минуты, не оставляет обстоятельствам ни единого шанса. К тому времени, когда я заканчиваю с последним, пятым «джентльменом», рядом с нами тормозит машина КУЗЕТ и пара крепышей с выведенными в горизонт стволами привычно расходятся веером. Безошибочно определяя меня, как мне кажется (поскольку я остаюсь у них справа по курсу).

— Всё в порядке? — бросает мне один из них, не опускающий ствола.

Пока его напарник орудует на земле пластиковыми фиксаторами.

— Да, спасибо. — И на автомате продолжаю, — Могу идти? А то чуть опаздываю?..

— С ума сошёл? — Неподдельно удивляется кузетовец. — Стой на месте! Сейчас разбираться будем. Кто твой куратор? Звони давай…

— Только сперва палец свой дай. — На свет из закромов крепыша появляется переносной сканнер, в который уже привычно тычу указательным пальцем. — Идентификация объекта подтверждена, — бормочет вслух крепыш, видимо, в микрофон.