«Поздравляем с достижением двадцать девятого уровня!»

Щурясь, он отправил все статы в силу. Заметил неясное движением воздуха впереди. Не успев увернуться, эльф ощутил острую боль в щеке и ухе. Наконечник стрелы черканул его скулу и разорвал ухо.

Он выругался, переходя на бег, чувствуя теплоту бегущей по шее крови. Оглянувшись, увидел догонявших его паладинов с Диорой во главе. Мельком заметил тело, над которым склонилась огненная колдунья двадцать пятого уровня. Еще над одним игроком нависал уже светорыцарь, источая теплый свет сложенными ладонями.

Вспомнив, какую рану без следа вылечили на нем самом, он всецело отдался битве.

Впереди маячили пятившиеся стрелки, взявшие его на прицел. Он замедлился, чтобы паладины нагнали. Щит Диоры возник перед ним как раз вовремя. Ровная гладь энергии света подернулась рябью от нескольких выстрелов. За спинами нежити мечник увидел несколько стремительно приближавшихся фигур. Медведь и два волка.

Они с паладиншей одновременно вскинули мечи. С конца синеватого лезвия девушки сорвался сгусток света, меч Ноэля в привычной манере настигал жертву. Двое костлявых ублюдков обезврежено.

— Говорил же, надо всех сжигать, черт! — Выругался Лор, вытаскивая меч из разваливающейся грудной клетки поверженного арбалетчика.

Эльф снова примкнул к Диоре. Звери, чье злобное, клокочущее дыхание уже сотрясали его барабанные перепонки, были слишком крупными для своих видов, из тел их торчали наросты, а глаза полыхали изумрудным светом. По очень хорошо сохранившимся телам мечник догадался, что вчера этих животных уже убивали.

Трезво оценив свои силы, он расстреливал врагов из-под защиты девушки, пока такой возможности его не лишила лобовая атака медведя.

С замершим сердцем он наблюдал за приближением бурой махины, переваливающейся с боку на бок и чудом не путающейся в собственных лапах с невероятно длинными когтями. Девушка спокойно стояла, и он уже подумал, что она с легкостью убьет монстра, как в последний момент Диора вдруг крикнула: «прыгай!», и растворилась вспышкой света вместе с щитом. Скрипя зубами, Ноэль оттолкнулся что было сил. Один из когтей вспорол ему бедро. Его больше удивило не то, с какой легкостью медведь это сделал, а то, что боли сперва не было, и о масштабах раны он узнал лишь позже.

А пока он оказался аккурат над клацнувшей у его живота огромной челюстью. Оттолкнулся рукой от шерстяной макушки и оказался уже позади свирепой медвежьей нежити. Демонический зверь пронесся дальше, к игрокам, и потому смерть его сделалась первейшей задачей. Сила медведя равнялась тремстам пятидесяти. Слабее гончих и медленнее, но меньше и оттого проворней.

Ноэль присел, ощупывая раненное бедро. Рваные лоскуты кожи обрамляли глубокую рану, полную натекшей крови. Отбил две стрелы клинком. Нужно срочно найти помощь. Послышался волчий визг — две серые тени упали в овраг, шипя и плавясь. Ноэль и сам сейчас забился бы куда-нибудь подальше. До тридцатого оставалось пол-уровня, жаль, что левелап автоматически тебя не излечивал, как, по рассказам, это происходило в других играх.

Но и медведя светорыцари с легкостью завалили. Тела последних лучников догорали в пламени Света. Он смотрел, как паладины бродили по полю боя, превращая уцелевшие скелеты в золу. Подтянулись игроки. К нему кто-то приближался. Нокк.

— Босс, вы ранены? — Танцор клинков замолчал, то ли из-за вида раны, то ли из-за бледного лица Ноэля.

— Паладины! На помощь!

Ноэль поморщился, вновь трогая пальцами дно окровавленной полосы, на дне которой, похоже, твердела кость.

— Не так уничижительно, Нокк. Сами подойдут… — Он лег на сырую траву, приятно щекотавшую затылок.

— Извини, — услышал он голос Диоры. — Не знаю, о чем я думала. Щит, он ведь не барьер, он ведь с моей рукой одной целое, понимаешь.

— Не очень… — тихо прошептал эльф.

— Ладно, сейчас мы тебя подлатаем. Будет больно. — Она опустилась рядом.

— Ничего.

Он ожидал, что девушка протянет к нему ладони, из них заструится мягкий теплый свет, и его изможденная плоть зарастет сама собой, но, видимо, паладины располагали и более эффективными методами лечения.

Что-то нашептывая, девушка провела острием темно-синего клинка по своим губам, из которых тут же засочилась багровая струйка. Сидевший рядом Нокк поморщился, видимо, не зная, что данное оружие девушка в ближнем бою не использовала. Торжественно провела мечом над лицом Ноэля, и быстрым движением черканула по ране, по самому дну.

Молнией боль прожгла все его тело от пореза до мозга. Сквозь плотно сомкнутые зубы он с шумом втягивал воздух, пытаясь не закричать. Лицо напряглось, шея превратилась в натянутый стальной жгут, сократившийся пресс мигом поднял его, так что он чуть не ударился лбом с Диорой.

— Ч-ш-ш… — приложила ладонь туда, где когда-то острело эльфийское ухо. Теплота заполнила его разум, и долгожданный свет наконец вырвал себе кусочек пространства у ночи.

Бедро задымилось, но боль постепенно таяла. Вот он уже слабо двигает ногой, ничего не чувствует, и выпрямляет ее со всей силы, явив девушке и танцору клинков полосы напряженных под тонкой кожей мускул.