— Удаляются быстро, — проинформировал нас Бес, снова закрывший глаза и «прислушивающийся» к округе. — Больше никого нет.

— Ха, — выдохнула Влада.

Остальные от нее не отставали, наверное в первый раз их всех столь радостно улыбающихся видел. До этого общаясь они своих чувств особо не демонстрировали. Сейчас же даже по плечам похлопали, когда элитника вскрыли и добычу подсчитали. Вот только у меня радости почему–то не было. Нет, что тварей завалили и живыми остались — это я рад конечно, но вот на жемчуг и всё остальное содержимое спорового мешка я равнодушно смотрел. Жемчуг, горох — мне только спораныТак что, Мошух... нужны, они жизненно необходимы, всё остальное… вполне могу без них обойтись, так как для моего дара они бесполезные. Я даже если горстями жемчуг жрать буду и горохом закусывать новый дар не приобрету, Гаснык не даст. Так что радоваться особого повода не было.

Расслабленно наблюдая за показавшимся над горизонтом солнцем я удовлетворенно вздохнул полной грудью — красота да и только.

беседка у Костыля на загляденье вышла, вполне стоит той оплаты, что он запросил. Высокая, на сваях, обшитая деревом, окна пластиковые, сейчас открытые, одно из которых вообще панорамное, во всю стену. Просторная — человек десять–пятнадцать свободно разместятся, и с обстановкой он не пожадничал, всё из им перечисленного в наличии имеется. Имеется и терраса, на которой я сейчас и сидел в кресле–качалке, наблюдал за рассветом.

Не зря мне идея с беседкой в голову пришла, вид отсюда действительно умопомрачительный открывается. В самый раз, чтоб расслабиться и ни о чем не думать. Напряжение, постоянно преследующее меня на протяжение всего рейда, медленно отпускало, развеивалось вместе с легким утренним туманом над озером.

Чем дольше мы в рейде были, тем более слаженно работали. Научились доверять друг другу, уже не посматривали косо: прикрывают ли тебе спину и не растерялся ли в самую ответственную минуту прикрывающий? Это в основном в отношении меня происходило, так как я самый молодой, что по возрасту, что по времени пребывания в Улье. Вот и присматривались ко мне довольно продолжительное время, но в итоге всё же признали годным.

Скиф постарался, группа у нас еще та подобралась: Бес и Влада — сенсоры, про Крапиву и говорить нечего, стрелок от бога и гении маскировки. Дикий же, блин, я раньше даже и не думал, что матерого вурдалака–лотерейщика, подобного тем, что меня в свое время впечатлили своим видом и которых я королями обозвал, можно убить одним ножом. Дикий убил! Чтоб шум не поднимать, этот попрыгунчик–телепортер переместился за спину не вовремя вышедшему к нам лотерейщику и, как будто делал это тысячу раз, спокойно всадил нож ему в споровый мешок.

Вот с такими людьми я и работаю, жаль только друзьями нам не стать. Узнал случайно, что приставлены они меня прикрывать, какая уж тут дружба. Я для них работа, соответственно и отношения у нас рабочие. Тут, мне кажется, Скиф немного переборщил с опекой, но разговаривать об этом я с ним позже буду, сейчас меня всё устраивает. Сильная группа собралась, то что нужно, чтоб вникнуть, понять и окончательно принять этот мир. А это нелегко. Как вспомню умирающие города по улицам которых кровь, как после дождя, ручьями вдоль дорог течет… Жесть полнейшая! Но пробирает до души только меня, остальные же… не сказал бы, что равнодушно, но близко к этому они за всем этим наблюдали. Никаких переживаний от столь массовых смертей.

В моем городе перезагрузка рано утром произошла, народ в основном по домам- квартирам сидел, в них же и обращались люди в пустышей. И, главное, быстро обращались, толком и понять ничего не успевали. В остальных же городах, в которых мы за время рейда побывали, перезагрузка в основном в середине дня происходила, вот тут–то мне и довелось увидеть полноценную трагедию.

Огромные толпы людей на улицах! Сначала недоумение, все пытаются понять, что такое произошло, телефоны без толку терзают. Потом начинается паника — вернулись те, кто пытались уехать, но доехали только до границы кластера и новый шок при виде нее. Новости по городу молниеносно распространяются и что после этого твориться начинается… паникующая толпа — это жесть. Но самая жесть — это когда твари подтягиваются и набрасываются на под завязку наполненных адреналином людей.

Апокалипсис во всей своей красе.

И за всем этим мы, сидя на крыше, наблюдали.

Мы не армия спасения, мне это уже не раз говорили! Все эти люди, в основном, смертники: твари не сожрут, так сами в пустышей обратятся вскоре — тоже не знаю сколько раз уже слышал. И наша задача найти самого везучего, кому повезет пережить первичный хаос, потом не попадется в лапы тварей, и, самое главное, который начнет что–то делать для своего выживания.

Вот таких и только таких людей мы и искали, и что хорошо — находили! Первый рейд не комом вышел, привезли троих среднего возраста мужчин и одного старого деда, давно уже похоронившего жену и тихонько доживавшего свои дни в одиночестве. Как он радовался, когда мы ему объяснили, что это не конец света, а всего лишь его город в другой мир провалился.

«М-да уж, — усмехнулся я про себя. — Всего лишь другой мир».

Деду единственному повезло, дочки с внуками в Москве живут, этому он и радовался, что они сюда с ним не провалились, а вот мужикам досталось. У них близкие обратились и они от этого слегка не в себе, как только совсем крышей не поехали. Но личности сильные, не сломались… почти не сломались, какая–то безуминка во взглядах у них всё же мелькала. Так что когда приехали и сдали их дежурным я нешуточное облегчение испытал, тяжело в их обществе находиться было.