Дверь сарая со скрипом отворилась, и Кейт посмотрела на баллончик аэрозоля WD-40 [1] , который стоял на полке. Дедушка брызгал им на петли, когда они скрипели, и девочка всегда ему об этом напоминала. Интересно, заметил ли он сейчас скрип? Кейт по привычке обернулась, ожидая увидеть дедушку, идущего следом за ней по садовой дорожке, но его там, конечно, не оказалось.

Вот оно что.

Кейт несколько раз пыталась проглотить подступивший к горлу комок, стараясь избавиться от внезапно нахлынувшего странного чувства. Может, лучше самой побрызгать аэрозолем на дверные петли? Она обещала никогда не трогать инструменты, бутылки или баллончики, если дедушки нет в сарае. Но теперь всё изменилось. Мама и папа даже не вспомнят, что дверь скрипела.

Но Кейт не стала этого делать. Девочка взяла в руки баллончик: он был пыльным и липким, она чувствовала, как внутри него переливается прохладная жидкость. Но потом поставила его обратно на полку. Дедушка почти никогда не кричал, но мог стать серьёзным. Если бы он застал внучку за этим занятием, то сдвинул брови – так бывало всегда, когда он волновался, расстраивался или злился.

Кейт отодвинула баллончик подальше за кошачьи угощения и вытерла пальцы о лежащую в кармане салфетку. Мама раздавала их всем целый день.

Затем девочка свернулась калачиком на пыльном деревянном полу рядом со скамейкой, уставленной цветочными горшками. В сарае стояло парусиновое кресло, в котором дедушка просматривал каталоги семян, иногда читал газету или любовался садом через открытую дверь. Дедушка говорил, что оттуда открывался потрясающий вид на кусты роз, которые росли в саду. Но Кейт всегда сидела на полу, даже если была в сарае одна. На нижней полке деревянной этажерки лежали её карандаши и тетрадка.

Девочка посадила Амоса на стул, и тигрёнок смотрел на неё сверху вниз, как дедушка. Но Кейт не притронулась к тетрадке – она даже думать не могла о своей недописанной сказке. Все идеи, которые она так старательно придумывала и берегла, будто застряли где-то внутри. Как и истории про дедушку. В голове у девочки всё перемешалось, превратившись в густую липкую кашу.

Кейт откинулась назад, прислонившись спиной к стене сарая, и посмотрела на Амоса. Его сложенные друг на друга лапы свисали с края стула – большие пухлые лапы, как у настоящего тигра. Конечно же, он и был настоящим тигром.

Где-то в Индии огромный Амос бродил по лесу или отдыхал на ветке высокого дерева. Два года назад дедушка подарил Кейт на день рождения встречу с настоящим тигром – тогда они увидели зверя в зоопарке, и девочка расплакалась. Она плакала не только потому, что он был милым, пушистым и полосатым и ей очень хотелось такого же тигра, – Кейт показалось, что животному было очень скучно.

Тигр ходил взад-вперёд вдоль стеклянной стены вольера, будто пытался найти выход на волю. Дедушка объяснил, что это очень хороший зоопарк: тут большие клетки – такие большие, что животных не всегда видно, особенно если они не хотят выходить к людям. Кейт их отлично понимала – кому захочется иметь окно в спальне, куда может заглянуть кто угодно, даже когда ты не в настроении? Но, несмотря на хорошо обустроенное жилище, бассейн и маленький симпатичный лес, девочка была уверена, что тигр чувствует себя несчастным.

А потом на Рождество дедушка купил Кейт настоящего дикого тигра. Они отправили деньги, чтобы о нём заботились, защищали от браконьеров, и каждые несколько месяцев девочка получала письмо с фотографиями Амоса и других тигров из национального парка. Кейт влюбилась в маленькую плюшевую копию Амоса, когда разорвала подарочную бумагу с отпечатком лапки, в которую дедушка заботливо упаковал игрушку. И ей всё равно, что она уже слишком взрослая, чтобы с ним обниматься. Ну, почти всё равно…

Если бы настоящий Амос когда-нибудь встретился с Молли, то непременно бы её съел.

В сарае было довольно тепло – лучи вечернего солнышка проникали в маленькое окошко, оставляя полосатые тени на грязном полу. Один шмель прилетел за девочкой из сада и теперь с тихим жужжанием ползал по этим полоскам.

Хорошо, что она сюда пришла, сонно подумала Кейт. Сегодня очень странный и грустный день – такое ощущение, что он никогда не закончится. Девочка так устала, что ей даже было удобно сидеть, прислонившись к деревянной стене сарая. Она зевнула и потёрла заплаканные глаза. Из-за похорон встать пришлось очень рано. Сегодняшний день посвящён дедушке, но не тому дедушке, которого она знала. Ей до сих пор казалось, что вот он стоит рядом, напевая себе под нос и пересаживая растения в горшках. Таким Кейт его и запомнила.

Ветки дерева зашевелились от ветра, и полоски света на полу замерцали и изменили форму. Кейт моргнула, и шмель зажужжал громче. «Он будто рычал, – подумала девочка, – как крошечный аэроплан или… или тигр…»

Конец ознакомительного фрагмента.