А тут еще набравшийся смелости Кос, подбросил поленьев в костер моего гнева:

– Макс, ты раньше таким не был. Чертовка полностью права.

– Ты… ты… – прохрипел я, чувствуя, как слова с трудом рвутся из сводящих судорогой губ.

– Это ведь тот самый ритуал, да? – преодолевая волнение, выдохнул парень, начав ерзать на диване. – Я узнал его, когда твоя мать хотела принести в жертву киборга.

– Какой ритуал? – мигом навострила уши ведьма и посмотрела на моего бывшего друга.

– Если ты сейчас, что-нибудь ей скажешь, то я убью тебя! – проревел я, вставая на ноги.

В комнату быстро вошли все тринадцать киборгов и окружили меня. Чертовка произнесла:

– Это для твоего же блага, Макс. Кос, говори.

– Только попробуй! – заорал я, до хруста сжав руки в кулаки.

Парень часто задышал, а потом начал тараторить, выкладывая девушке подробности нашей охоты в лесу: когда я использовал ритуал. Этот гад предал меня. Один лишь Ботаник был молодец: он вжался в подушки дивана и вообще не встревал в разгоревшуюся ссору.

Кос же рассказал ведьме все, пока я бессильно поливал его грязью, захлебываясь слюнями гнева, понимая, что не справлюсь с таким количеством киборгов.

Чертовка выслушала Коса, а потом посмотрела на меня. В ее глазах отражалось что-то похожее на ужас. Рот был приоткрыт. Я даже осекся, настолько был ошарашен силой чувства, которое горело в ее взгляде. Девушка была по-настоящему испуганна, живо напомнив Пашу, которого уже трудно было представить без страха в глазах.

Ведьма просипела, запустив руку в пышные волосы:

– Макс, это ритуал Тьмы. Одно из самых жутких проявлений Таланта. Он ломает психику, превращает в чудовище. Ты же видел, кем была твоя мать. Принося живое существо в жертву, ты платишь за это своей душой! Капелька за капелькой ты превращаешься в бездушного монстра!

– Такого как ты? – скривился я, откинувшись на спинку дивана, а потом ядовито добавил: – Что за бред ты несешь? Какая душа?

– Я чувствовал… – вдруг проблеял Ботаник. Его лицо было бледное как мел, а губы подрагивали. – Еще там, в кузове грузовика, я почувствовал, что с тобой что-то не так. Теперь я понимаю, что это было влияние ритуала. Оно оказалось так похоже на мутацию. Макс, ритуал меняет не только тело, но и… сознание, разум. Ты уже другой. Ты сам не понимаешь этого

– Ой, вот еще тебя тут не хватало, – резко бросил я, пронзив его огненным взглядом. – Сиди и не отсвечивай, или иди штаны стирай.

– Агнес передала тебе часть своей души и забрала кусок твоей, – произнесла ведьма, сцепив пальцы в замок, размышляя вслух. – Теперь она похожа на тебя, а ты на нее. Часть ее души в тебе. Вот ты и ведешь себя так… неадекватно, а она наоборот – приобрела твои черты. Но как ведьма могла это сделать? Макс, что тебе говорила Агнес? Скажи мне, прошу тебя.

– Вы все рехнулись, что ли? Массовое помешательство? – процедил я, раздувая крылья носа. – Она моя мать!

– Нет! – почти взвизгнула девушка, да так противно, что я почувствовал, как по барабанным перепонкам резанула мимолетная боль. – Она ею была! Сейчас Агнес лишь использует тебя! Ты ей нужен для каких-то ее целей! Я не удивлюсь, что такая хитрая ведьма, как она, уже давно задумала какой-то план, в котором тебе отведена важная роль!

Ее слова нашли отражение в моих собственных мыслях. Я задумчиво сдвинул брови. Ведь я сам размышлял об этом.

Чертовка увидела, что моя физиономия преобразилась и едва не взмолилась:

– Что она тебе говорила, когда вы были в коконе тьмы? Скажи, Макс, скажи.

– Близкородственная связь, – нехотя выдавил я. – Трансформацию можно передать только близкому родственнику.

– Трансформация, – повторила девушка, словно пробуя слово на вкус. – Если это так, то ты можешь попробовать отдать ей эту черноту и стать как прежде.

– Ага, разбежался, хренушки вам, – пробурчал я, отрицательно покачав головой.

– Макс, увеличение характеристик того не стоит, – попыталась убедить меня Чертовка. – Рано или поздно ты снова используешь этот ритуал, а потом еще раз и еще… Не надо напоминать тебе, что будет?

– Я так понимаю, что это хуже наркотической зависимости, – поддержал ведьму, вконец осмелевший Ботаник, приглаживая всклокоченные волосы. У него даже щечки порозовели.

– Я сам решу, что мне делать, – отрубил я, зло покосившись на киборгов, оценивая свои шансы на побег из комнаты. Нет, вряд ли машины перехватят меня, даже «Святой защитник» не поможет. Придется сидеть и терпеть слезливые речи этой троицы, непонимающей, что трансформация дала мне силу, которую я так жаждал.

– Т-а-а-а-к, – протянула ведьма, а потом внезапно сказала: – Ладно, этот разговор ни к чему не приведет, а нам надо рано вставать. Предлагаю всем расходиться по понравившимся кабинетам. А я, как единственная женщина, займу эту комнату.