– Ну что? – с сомнением спросил Кирилл. – Подпишемся? Или?

– А почему не подписаться? – Юрка пожал плечами. – Поимеем бабку, заимеем бабки.

– А у тебя на нее встанет?

– Встанет. Пизда – она и в пятьдесят лет пидза и в шестьдесят.

– А ты что – раньше слышал про такие условия?

– В общем слышал, – признался Юрка. – Но как бы не верил.

– Теперь веришь?

– Теперь верю, а куда деваться. Будем эту Тамару драть по очереди.

– Вот завтра ты и начнешь, – сказал Кирилл. – Покажешь пример.

– А что? И начну, – не очень уверенно согласился Юрка. – И покажу.

– Ну что, ребята? – спросила хозяйка, зайдя на кухню, где они ужинали чипсами и «Пепси-колой». – Как настроение?

– Да ничего, – ответил Юрка. – То есть все нормально.

Кирилл кивнул, ничего не сказал.

Насчет нормальности он сомневался.

– Значит, вы согласны на мои условия? Я правильно поняла?

– Правильно. Согласны. На все.

Юрка говорил и говорил, Кирилл молчал и молчал.

– Тогда давайте отметим, что ли, первый вечер.

Усмехнувшись, женщина полезла в холодильник, куда друзья еще не смели заглядывать.

– Перед первой ночью, – добавил Юрка, пытаясь нагнать решимость.

– Давайте закусим, я тут кое-что приготовила. И водочки для храбрости.

– Я водки вообще не пью, только пиво, – Кирилл покачал головой.

– Я тоже. Но немного, пожалуй, приму, – ответил Юрка. – Все-таки…

– Выпей пятьдесят граммов. В твоем возрасте не помешает. Только поможет.

Хозяйка налила граненый стаканчик, поставила перед Юркой.

Когда она склонилась к столу, в разрезе цветастого платья Кирилл увидел плотно сомкнувшиеся белые груди.

Он ощутил страх и что-то еще.

Интимное дело с женщиной, превосходящей материнский возраст, казалось одновременно и завлекательным и невозможным.

– Вы определили очередность? – спросила Тамара Федоровна. – Кто сегодня отрабатывает – Наф-Наф или Ниф-Ниф?

– Нуф-Нуф, – ответил Кирилл.

– Вообще-то я, – сказал Юрка и выплеснул в себя водку.

– –

Кирилл лежал в полной темноте.

Он мог смотреть телевизор, слушать музыку через смартфон или делать что-то на ноутбуке.

Планировка квартиры позволяла жить независимо от хозяйки.

Двухкомнатная, она казалась огромной, поскольку комнаты располагались по две стороны коридора в разных его концах, а сам коридор был длинным: видимо, за стеной к нему примыкала часть соседней квартиры.

Двери закрывались плотно, ни единого звука не пробивалось из помещения в помещение.

И сейчас Кирилл, сколь ни напрягался, не слышал, как Юрка отдает свою часть платы за жилье.

По большому счету, это его не касалось. Друг первым подписался на условия, договоренность следовало исполнять.

Но, видимо, с одногруппником за год совместной жизни возникла метафизическая связь, потому что Кирилл не мог расслабиться. Темнота казалась нервной.

Напряжение не давало ни читать, ни слушать музыку, ни писать сообщения.

Трудно было представить, как быстро управится Юрка – точнее, как много потребует от него хозяйка.

Но уснуть, не дождавшись друга, Кирилл не мог.

Поэтому он лежал на своей кровати и смотрел в темный потолок.

– –

Прошло не так много времени, когда дверь вздохнула и в свете, сочащемся из коридора, Кирилл увидел Юркину тень.

– Ну и как? – нетерпеливо спросил он.

– Обычно, – ответил друг.

В коридоре раздались хозяйкины шаги, лязгнула задвижка туалета.

– Дверь закрой, – шепотом сказал Кирилл.

– Потом закрою. Душно тут, надо проветрить.

Издали послышался бурный слив унитаза, стукнули двери, потом зашумел душ.

– Ну давай! – сказал Кирилл. – Расскажи, пока она моется. Как у вас получилось?

– Обычно.

– Ты кончил?

– Кончил. В первый раз и в корову кончишь, будто сам не знаешь.

– А как с ней трахаться вообще? Пизда больше, чем у девчонок?

– Не заметил, чтобы намного больше. Но говорю тебе: в первый раз хороша даже дырка в заборе.

– Но расскажи хоть, как ты ее трахал, – упорствовал Кирилл.