Предаст любого ради собственной выгоды. Вероятно, в прошлом была чёрной вдовой.

…

…

Даффи (запись 3) гниль

Договорились соблюдать нейтралитет. Её лицо навечно в памяти… картину можно не рисовать. НО Я НЕНАВИЖУ ЕЁ. Тварь предала меня. НЕ забывать. Не верь ей. Не забывать. Предательница. Не верить и не забывать!!!

…

Мёртвый король Олдор Вайлар

Не верю своему счастью сегодня я встретил короля. Надеюсь, что боги заметили его ужасное отношения к людям и убили мразь. Убивать фиолетовоглазого ублюдка каждый день. Забыть обо всём и убивать его. Нельзя выпустить короля на волю. Я не должен забыть, скольких людей загубило его правление.

Убивать Олдора. Не выпустить из Цыплятника.

…

Даффи (запись 4) меч и поцелуй

Сегодня, после смерти королевской собаки, эта красотка-тварь напала на меня. Хотела убить. Но я свернул ей шею и поцеловал в губы, её меч остался у меня. Станет хорошим напоминанием о милой-мерзавке Даффи. Спрятать в пещере. Помнить её, не верить ей.

…

Скелеты с чёрными лентами.

Не убивать их. Они дали обещание и получили награды.

…

*чистые страницы*

––—––—–

— Помниться ты говорила, что это Жусар напал, ради меча. Лживая… И меня использовать хотела? А что, интересно, я могу для тебя сделать?!

Олдор даже не сомневался в правдивости записей. Во-первых, всё сходилось с известной ему реальностью, кроме рассказа Даффи. Во-вторых, очевидно, что Жусар писал записи только для себя.

— Вот именно, ничего. Мне нужен ты, а не твои возможности или ценности. Ты не Жусар, вы разные. Его я никогда не любила…

Даффи попыталась встать, но не хватило сил. Некоторые раны открылись и из них побежала кровь.

— Иди к чёрту, я не настолько тупой. Думала, что я узнаю правду и начну доверять тебе?! — Никогда! Малец, вставай мы уходим.

— Помиритесь лучше, любовь все дела… И вообще-то там злые скелеты и огромный монстр, я никуда не пойду. Лучше я останусь с твоей подружкой, тут круто!

Кажется, мальчишка полностью адаптировался к новой обстановке в Бочке. Его больше не трясло от каждого шороха. Медленно, но верно к нему начали возвращаться настоящие характер и личность.

— Она хотела тебя использовать, как оружие! А меня, как… не важно. Хватай топор и пошли. Она предаст или подставит нас при первой возможности.

— Нет, я изменилась, правда! — крикнула Даффи и закашляла кровью.

«На что она вообще рассчитывала? Теперь-то ей точно верить не буду», — подумал он, подошёл к Икатобу и вручил ему топор.

— Я не оставлю тебя с этой… — еле-еле он сдержал колкое словечко.

— А если нет? — начал протестовать скелетик и, конечно, он не хотел возвращаться к злой нежити.

— Тогда я убью тебя прямо сейчас, не хочу, чтобы ты стал слепым орудием в её руках! — прикрикнул Олдор на ребёнка.

Он вообще не умел воспитывать детей, тем более ладить с ними. Его собственными детьми занимались жёны, он видел их редко, хотя и жили они в одном замке. Король отец казался своим детям практически чужим человеком. Как известно, в любом правиле существуют исключения. Был у Олдора один сын, первенец, ему он уделял много времени, но и то только поначалу.

— Не убивай-те, я же снова одурею! Пойду-пойду. А вы правда королём были?

— Можешь не сомневаться! — уверенно ответил Олдор. А Даффи сказал: — прощай, надеюсь больше не увидимся.

Услышав это, Даффи только захныкала. Она не пыталась встать, лишь отвернулась, чтобы не видеть, как опустошённые уходят. Олдор, воспользовавшись ситуацией прихватил мешок и бросил в него несколько вещиц и волчье мясо.

Через пару минут они прошли по узкому лазу. Вылезли по очереди через тайное окно. Олдор даже не стал пытаться закрыть тайный ход снаружи… Очередного предательства и лживой натуры, он ей простить не мог. Впрочем, знал, что нежить-зверя и храмовника найти ещё возможно. Сложно, но мизерный шанс есть.

* * *

Где-то в лесу…

Дунул лёгкий ветерок, подняв магическую серую пыль. Под одним из деревьев материализовался Хмошэ. Его опустошение после последней смерти достигло уже (8). Значит, теперь его кости ослабнут; перестанут срастаться. Но неистовая агрессия пока не появилась. Однако и детская глупость с любопытством не исчезли.

Храмовник, в меру своих убогих возможностей мыслить, «подозревал», что с ним произошло что-то не очень хорошее. Пусть даже и хваталки вернулись на свои места. Он посмотрел по сторонам и побежал к самому привлекательному дереву. Но угодил в яму, почти полностью засыпанную землёй и листьями.

Оказавшись в ней, он посмотрел вниз и увидел там скелета, вернее только его череп. А рядом из земли торчал железный посох. Любопытство заставило Хмошэ выдернуть его. Он без труда вытащил железный прут из земли, вылез из ямы и пошёл дальше.

Ржавый посох казался ему чем-то очень интересным. Он постоянно рассматривал его и сдирал куски ржавчины. Затем размахнулся им.

…вш-и-и…

Послышался приятный звук того, как прут рассекает воздух. Хмошэ шатался по лесу и махал железной палкой. Казалось, что интересней занятия ему не сыскать. Но он увидел полянки, среды серой чащи. На ней располагались округлые камни и гнилые доски, торчавшие из земли. Хмошэ подошёл поближе и осмотрел один из надгробных камней.