***

Апостол встретил меня радостно. Шагнув навстречу, неожиданно облапил по-медвежьи, стиснул в объятиях, похлопал по поседевшему от снега плечу.

– Да ладно тебе – улыбнулся я – Вот держи.

– Это еще что за диво?

– Да где ж диво – хмыкнул я – Кресло офисное, на колесиках. Разве что материал странноват – металл. Зато долговечно.

– Куплю! – решительно кивнул Андрей и, еще раз рассмеявшись, я покачал головой:

– Это в благодарность за рассказ. Первый из двух подарков.

– О как! А где второй? Не из жадности – из любопытства спрашиваю.

– Да это понятно. Вот тебе на выбор – один за другим я поставил на стол прозрачные блоки с иноземными икебанами. Падающий с потолка ровный свет просветил блоки насквозь и растения будто ожили, заиграли красками. Казалось, что цветы вот-вот распустятся, а стебли и листья зашелестят под порывом легкого теплого ветерка.

– Господи! – выдохнул Андрей, вслепую нашаривая за спиной кресло.

Едва нашарив – упал в него и затих, не отрывая взора от икебан.

Не став его беспокоить, начал хозяйничать. Раздевшись и бережно развесив снаряжение, прогулялся до кухонной плиты, подбросил дров, поставил подогреться чуть остывший чайник, бросил себе на тарелку кусок жареного мяса, уселся во второе кресло и неспеша поужинал. Встав, вымыл посуду, приступил к чаепитию. Закончив и с ним, решил, что сил на долгую ходьбу у меня уже не осталось, а вот в руках и плечах сила еще есть. Сходив за рогатиной, разделся до трусов и принялся махать копьецом, вкладывая в каждый удар максимум сил и стараясь бить как можно чаще. Когда взопрел, а по лицу потекли настоящие ручьи, хлебнул водички и продолжил наносить удары.

Каждый новый день преподносит новые сюрпризы.

Каждый день я хожу по грани.

Как долго можно ходить по туго натянутому над бездной волоску?

Ответ прост – все зависит от умений и выносливости канатоходца.

Только так и никак иначе.

Удар, еще удар…

К столу я вернулся спустя час – уже свежевымытым и беззастенчиво таща с собой еще один кусок мяса. Апостол продолжал молчать, торопливо утирая щеки мозолистой ладонью.

– Да ты чего? – поразился я – Андрей! Брось это дело!

– Щас – с коротким кивком, сдавленно ответил старик и встал, ушел вглубь фюзеляжа упавшего креста, скрылся на складе.

Через несколько минут он появился вновь – уже спокойный и с чуть смущенной усмешкой. Опускаясь в кресло, щелкая зажигалкой и закуривая, он признался:

– Прямо зацепило. Родные места вспомнил. Как вживую там побывал. Ветерок в ветвях шелестит, мухи лениво жужжат, по тихой водице круги от гуляющей рыбы ходят…

– Ты это брось – повторил я – Тоска по родине многих сгубила.

– Прекрати, Охотник. Пацан я что ли? Неожиданно просто. Я оба гербария оставлю? Или как там ты их назвал?

– Икебаны. Не могу, Апостол. Надо чуть праздничной радости и в Бункер отнести к старикам.

– Справедливо – вздохнул Андрей – А если еще одну или две такие найдешь?

– Обещаю – улыбнулся я – И это будет подарком. Как и одна из этих.

– Спасибо!

– Да было бы за что – вздохнул я, отставляя тарелку и удовлетворенно поглаживая себя по животу – Опять объел тебя.

– Щас еще пожарим – успокоил меня Апостол – Сегодня задержишься? Поспишь? Сигаретку? Кофейка?

– На все вопросы – да. И с радостью.

– Держи – мне протянули сигарету, которую сегодня я считал полностью заслуженной и принял без колебаний.

Хотя смешно – курение вредно людям. Очень вредно. Но при этом я, усердно потрудившись, выложившись полностью, почему-то считаю, что заслужил не достойную награду вроде вкусного фрукта или еще одного куска мяса, что пойдут на пользу. Нет. Я считаю, что раз хорошо поработал, то заслужил наказание – вкусную крепкую сигаретку.

М-да…

С удовольствием затянувшись, я выпрямил ноги и, не дожидаясь просьбы со стороны хозяина, начал рассказывать все в мельчайших подробностях, нарочно все расписывая в мельчайших деталях. В наших краях любая новая история – на вес золота. Как всегда внимательно слушая, Андрей занимался делами, успевая охать, крякать, крутить изумленно головой.

Я рассказал почти все. Не упомянул лишь о схеме эвакуации и о точке отмеченной на карте красным кругом.

Не из недоверия. Апостол простой честный старик. Но из каждого можно выбить информацию силой.