Девушка, чувствуя необычайное воодушевление, рассматривала свинью и чувствовала, что здесь необходима её дизайнерская рука, её вкус художника, наконец, потребен её стиль чуткого в творчестве человека.

— Да и жалкие стекляшки на морде, уж простите, не смотрятся. Это, несомненно, всё гламур, но вы не в тренде, уважаемая. Вам пора создавать эпатаж, люди должны быть дезориентированы и быть в шоке, а не в сладкой пасторали.

Свинья сначала очень удивлённо слушала, потом, чем больше звучало незнакомых слов, тем с большей надеждой тянула она свою морду к гостье.

Грася, не совсем вежливо, чуточку отпихнула её ногой.

— В сторону отойдите, я посмотрю, что можно посоветовать.

Свинья задом сделала пару шагов. Потом подумала и неторопливо покрутилась вокруг своей оси.

— Ну, конечно! Я так и думала. Надо что-то резкое на голову. Либо чёрную пилотку, либо квадратную тюбетейку, в крайнем случае, большую кепку. Это будет смело и остро, на пике моды. Если хотите оставить очки, то, пожалуй, стоит увеличить их в размере до капусты. Пусть поражают! А слабонервным — снятся в кошмарах!

Глаза у свиньи сделались очень крупными, но вскоре, засияли от удовольствия. Видимо, отсутствием воображения она не страдала и уже начала понимать смысл слова «эпатировать».

— Жемчуга оставьте наследникам, — небрежно бросила Грася. — На шею можно придумать грубый ошейник с торчащими наружу клыками. Это будет броско, грозно и агрессивно. Одна крупная серьга в ухе смягчит облик.

Хрюша покивала, показывая, что ей нравится новый образ.

— От золоченых копыт предлагаю избавиться, хотя, это неважно, а вот пара тату не помешает.

Выразительная морда свиньи явно спрашивала, где делать тату и какого рода.

— Тут дело вкуса, — показывая задумчивость, протянула Грася. — Можно по спине крылышки набросать, можно на попе разинутую пасть твари изнанки заказать, можно что-нибудь нейтральное, геометрически-магическое зашпандорить.

Свинья осела на попу и счастливыми глазами смотрела на девушку. Грася не поняла, то ли новый образ так хрюшке понравился, то ли свинья просто придурочная и девушке удалось ввести её в экстаз своим голосом, но дверь открылась, и в кабинет вошёл раздражённый командующий, а за ним секретарь. Увидев, что никаких непотребств в кабинете не наблюдается, лэр-в бросил помощнику:

— Идите. И впредь, пожалуйста, без шуток, — затем, более спокойно поприветствовал девушку. — Рад Вас видеть, госпожа Грассария Монте. Хавронья, а ты что растерялась? — тут же удивился мужчина, — Похоже, вы ей понравились. Не каждого она потерпит рядом. Иногда очень зло поступает, но она удивительная, — пояснял мужчина, присаживаясь на корточки рядом со свиньей и с любопытством заглядывая в её счастливые глаза. — Ничего не понимаю, — буркнул он, — вы ей ничего не давали?

— Нет, что вы. Мы только побеседовали о моде.

— А-а, тогда понятно. Для Хавроньи это важная тема, — рассмеялся лэр-в и, распрямившись, прошёл за стол, предложил присесть своей гостье и сам с удовольствием уселся.

— Ну, так чему я обязан визитом столь юной и прекрасной госпожи? — подбодрил он Грасю к изложению приведшей её к нему проблемы.

Грася очень эмоционально вывалила ему всё! Командующий слушал, вроде не злился, и девушка очень старалась. Она рассказала о том, что ей сказали про Зибора, о чем она подумала, добавила всё, чем её напугали, и тут же отмела, как несостоятельное, но всё же повторила свои беспокойства.

Командующий молчал, и Грася доложила о своих личных опасениях, вплела свои мотивы, зачем потащилась в крепость за другом. И все равно случилось то, чего она опасалась. Наконец, она выдохлась. Не проходило ощущение, что она в театре, а уставившаяся на неё с умильным восторгом свинья и мечтательный взгляд командующего, заставляли беспокоиться.

— Хавронья, сколько экспрессии! — выдохнул лэр-в, на что та вздохнула и, сделав пару шажков, привалилась к ногам девушки.

— Даже так? — удивился мужчина.

Грася переводила взгляд с одного на другую и не понимала, как себя вести дальше. А что, если командующий давно не в себе и всем гарнизоном управляет свинья? Знают ли воины, что они все на волосок от гибели? Девушка распахнула глаза от пронзившей её догадки и тут же решила, что себя ни в коем случае нельзя выдавать, а то не выйдет из этого кабинета живой.

— А глазищи, взгляд, ну прямо копия! — снова произнёс что-то непонятное лэр-в.

А потом командующий, словно прекращая что-то, хлопнул по столу ладонями, позвал секретаря и закрутилось.