Нет, конечно, подобные недоразумения случались нечасто, но штрафы аукались долго, не один месяц. И надо сказать, что у Зибора появилась своя репутация, которая не была плохой. К парню относились уважительно, зная, что у него есть принципы, что он не потерпит подлости и что единственное, чем его можно зацепить — это сказать гадость о его малявке. Грася об этом не думала, ей было важно, чтобы у Зибора было всё хорошо, а штрафы надолго выбивали её друга из состояния спокойствия. В такие дни он вообще пропадал на своих работах, чтобы не только оплачивать свою комнату и питание, но, и раз в неделю позволить себе излишек и сводить её в кафе, угостить пирожными — обязательно за свой счёт.

Вот такие сложные у них были взаимоотношения, которые одним словом не назовёшь и не пояснишь своего беспокойства чужим людям.

— Вот здесь с девушками будешь жить, а точнее — только спать, — глава кухни уже отправилась по своим делам, а шефство над новенькой взяла другая женщина.

— Десять человек? — посчитала Грася количество кроватей.

— Умеешь считать? Хорошо, — одобрила сопровождающая, — ты дома одна, что ли, в комнате спала?

— Да, — кивнула девушка.

— Если захочешь, можно поискать комнатушку для тебя, но я бы не советовала, — совершенно спокойно, без раздражения, произнесла женщина.

— Почему?

— Хотя бы потому, что одна из стен здесь всегда горячая из-за большой печи. Вот, пощупай.

— За ней дымоход?

— Да, она даже не успевает за ночь остывать. За такие комнаты всегда чуть ли не драка. У нас всего четыре таких комнаты. Одна отдана детям, одна — главе, одна — постоянным одиноким работницам и одна — вам, соплюшкам. Больно хилые вы, мёрзнете, болеете, вот вам и выделили тёплое помещение. К тому же, не забывай, что здесь полно лэров, ищущих приключений. Поселишься одна — рано или поздно начнут наведываться к тебе. У нас тут, конечно, порядок и всё очень строго, но люди, лэры, все разные и не стоит испытывать их на порядочность. Поняла?

— Да, — немного напугалась Грася, ярко представляя, как её могут обидеть.

— Ну, вижу, поняла, — удовлетворенно кивнула женщина, — вещи оставляй, воровства у нас нет. В дороге сколько находилась?

— Пять дней.

— Из столицы что ли?

— Да.

— Ну что ж, я сама провожу тебя к завхозу, да покажу тебе всё, а ты мне расскажи, что новенького там.

— О! У нас бум на штаны-юбки! Все лэры переоделись в костюмы, где с первого взгляда не разберёшь, длинная юбка у неё или штаны.

— Эва как!

— Да, а платья теперь в моде со множеством юбок. Это, в основном, носят в торговом сословии. Очень красиво, если не сильно пестрит цветами.

— Сколько же ткани уходит на одно платье? — ахнула женщина.

— Не так уж много, в пошиве хитрости используют.

— Это как?

— Ну, для начала длина юбки не в пол, а возле колена, чуть ниже или вровень, всё зависит от возраста. Чем старше женщина, тем длиннее, а вот нижние юбки, от которых торчат лишь полоски, не полностью пошиты.

Сопровождающая остановилась, пытаясь сообразить, а Грася помогая себе руками, продолжила объяснять.

— Нижняя юбка всего одна, а в самом низу нашиты лишь кусочки тканей, изображающих, что юбок много.

— Ишь ты, хитро как.

— Да, — согласилась Грася, — а ремесленницы ходят в длинных юбках. Только они теперь на рубахи сверху надевают приталенные кофты. В них грудь подчёркивается, и талия узкой кажется.

— Интересно.

— На девушках, что со мной прибыли, похожие кофты, только не очень ладно сидят, видимо с чужого плеча.

— А брюки, что же, наше сословие совсем носить перестало?

— Нет, конечно! Кто-то на магичек пытается быть похожими, костюмы себе составляют, но, всё же, большинство носит платья. Тут ведь и тканью похвастаться можно, и фигуру легче подчёркивать в выгодном свете. Где-то заузить, где-то лишнюю складочку заложить для объёма, вот уже и ладненькая фигурка получится.

— Как много ты знаешь, — уважительно протянула женщина, уже ужимая свою рубаху на талии, и представляя, как это будет смотреться.

— Да, я много знаю, — подтвердила девушка, но улыбнулась грустно. — А ещё в театре новая…

— Погоди с ерундой, что там говорят про нашу королеву?

— Ничего, погибла. Несчастный случай. Король в трауре.

— А любовница?

— Нет у него никаких любовниц, — удивилась Грася.

— Ну, как же, возле него крутится одна… Знаешь, кто она? — оглядываясь и понижая голос, спросила собеседница.

— Лэра Ферокс. Но ей положено быть рядом, она — единственный в столице менталист.