– Я помню, - усмехнулся Клим.
– Но скажем спасибо крысам, теперь у нас есть доступ в старые тоннели, а благодаря находке Карины, мы знаем, что минимум один человек там побывал. А значит, есть другой пусть. Сегодня отдыхаем, а завтра пробуем запустить генератор, который поднимает люльку. Это первый из возможных вариантов, второй - это проход через решётку, ну а третий - ступени возле слива, но там придётся повозиться, поскольку многие из них сломаны. И только найдя этот проход, мы будем разрабатывать план атаки. Еще поклонник рассказал, что как в любом нормальном здании, которое раньше принадлежало силовикам, есть что-то вроде подземной тюрьмы для временного содержания задержанных, всех пленных утрамбуют туда.

– Как тебе удалось его расколоть?
– спросил Чек, видимо, его беспокоил конкретный вопрос, но он про него забыл, погребённый под лавиной неприятных новостей.

– У каждого поклонника в голове стоит блокада, которая превращает их в тех, кого мы видим, бездушные, безэмоциональные машины для выполнения приказа. Я, используя свои способности, разрушил этот блок. Плохо только, что человек, ставший нормальным, неизменно погибает через какое-то время. Он не знал, что обречён, поэтому был счастлив, что я снял с него эту блокаду, и охотно все рассказал. Кстати, он раньше был учителем.

Несколько минут все молчали, не зная, что сказать. Чек нервно курил, резкими быстрыми движениями поднося сигарету к губам, делал короткую затяжку и рефлекторно стряхивал пепел. Карина просто о чём-то задумалась, уставившись в одну точку.

– Когда ты сказал, что снял блокировку, я обрадовалась, - неожиданно призналась девушка.
– Там, среди поклонников, если жив, конечно, брат моего покойного мужа. А нельзя снять блокаду без смерти?

– Не знаю, - пожал плечами Клим.

– Не с нашими возможностями, - мысленно ответил ИС, на незаданный Климом вопрос.
– По данным, подчерпнутым из нанитов паука и портальника, на куске корабля киберов, тот что рухнул в центре Москвы, есть специальная установка, на которой можно снять блокаду. Но сам понимаешь, попасть туда невозможно.

– Я понимаю, - мысленно ответил Клим.

– Значит, завтра весь день будем лазить по подземельям? – поднимаясь, задал Чек последний вопрос.

– Да, - ответил Клим.
– Кстати, что там с плазмопушкой?

– Вот ей и собираюсь заняться, если нерешённых вопросов больше не осталось. Заодно посмотрю, что нам за трофеи подкинули наши лысые «друзья».

– Нет, - отмахнулся Николаев, - все могут заниматься своими делами. И ещё раз спасибо, что пришли на помощь.

– Не нужно благодарностей, мы сделали, что должно. Ты, не раздумывая, сделал бы то же самое. Мы соратники, а значит, ты нас обижаешь, говоря спасибо за то, что пришли к тебе на помощь.

– Глубоко копнула, сеструха, - сказал Чек, выходя из столовой, - но ты права.

Он скрылся за дверью, оставив их одних.

– Но ведь это не все причины. Почему ты хочешь атаковать именно базу поклонников, а не их ударную группировку?

– Карин, ты про что?
– не понимая, спросил Клим.

– Только не говори, что забыл про инопланетное оборудование.

– Не забыл, и Иван, так пленника звали, подтвердил, что оно есть на этой базе. И ты права, это одна из причин, но не основная, просто у нас реально без шансов. Извини, пойду в душ, а то мок, то жарился, короче, надо себя в порядок привести. Да и устал я, надо пораньше спать лечь.

– Ты и так двое суток проспал, - заметила девушка.

– И что? Это не совсем сон, так что, не считается. Тебе помочь посуду вымыть?

Карина покачала головой.

– Бойлер горячий, Чек натопил, когда увидел, в каком состоянии я вернулась. Так что, в наличии горячая вода.

– Хорошо, - обрадовался Клим и, подмигнув, отправился в бывшую комнату генерала.

Грязная одежда полетела на пол, надо будет обязательно закинуть в стирку, хорошо хоть гражданки, которой собрали по всем комнатам, хватало. Только вот нормальной мало, например, в наследство от генерала ему помимо парадки достался костюм тройка и не абы какой, а сшитый на заказ. Вот на кой чёрт он Климу? Смотрится дико в этом антураже. Хотя, если нечего больше будет носить, придётся его надевать.

Клим зашёл в душ и открыл вентиль с горячей водой, не кипяток, но вполне себе тёплая вода, градусов двадцать. Секунд пять он стоял, склонив голову и упершись руками в стену, словно задержанный.

– Клим, у тебя гости, - сквозь медленные усталые мысли раздался мыслеголос ИСа.

– Карина?

– Да, и тебе ничего не угрожает.

– Хорошо, значит, она решилась.

– Поцелуй ты ее ночью, все бы сладилось прямо там, в мастерской, она просто горела, когда пришла к тебе. Ты не мог не ощущать её желания.

– Умный ты слишком, - мысленно буркнул Клим.

В ответ получил веселый задорный смех.

Она вошла почти бесшумно, положила руки на плечи, прижавшись всем телом.

– Не прогонишь?

– Не прогоню, - разворачиваясь и решительно кладя руки на бедра Карине, шепнул он.

Её яркие зелёные глаза были так близко, они притягивали, не давая отвести взгляд. Он поцеловал её, долго, страстно. Она ответила…

Николаева разбудил осторожный стук в дверь. Несколько секунд он хлопал глазами, привыкая к темноте. Рядом сопела Плеть, укрытая простыней, электронный будильник на тумбочке показывал, что сейчас полтретьего утра.