Вэн зарычал.

— Не флиртуй с моей парой.

— Думаю, Тимбер с нетерпением ждал, когда тебе понадобиться выплеснуть разочарование и ты надерешь ему задницу, поэтому он до сих пор не может успокоиться, — Трэйс встал. — Кто-нибудь хочет выпить? Мне бы точно это не помешало.

Все трое согласились.

Джерри протянула руку и провела большим пальцем по губе Вэна.

— Ты в порядке?

— В порядке. На самом деле это принесло облегчение, — признался он.

— Серьезно? — она не выглядела убежденной.

— Мне казалось, что все закончится кровопролитием. Лучше уж отречение. С этим я могу смириться. Самое главное, теперь мне не нужно беспокоиться, что они придут за тобой.

— Я чувствую за собой вину.

— Не ты ли говорила, что никто из нас не виноват, что за это отвечают лишь мои родители?

Джерри улыбнулась.

— Было дело.

— Когда речь заходит о нас, мы ни о чем не сожалеем. Я люблю тебя, златовласка.

— Я тоже люблю тебя, сладкая б…

Вэн резко поцеловал ее в губы, чтобы заставить замолчать. Джерри рассмеялась. Вэн отстранился и подмигнул.

— Только наедине.

Тимбер наклонился.

— Сладкий кто?

— Забудь об этом, — Вэн бросил на него предостерегающий взгляд.

Трэйс вернулся с пивом в руках.

— Сладкая задница?

— Может, сладкий задира? — Тимбер сделал паузу. — Или сладкий барсук? Вэн может быть немного сварливым и злым. Ну же, Джерри. Закончи это нежное прозвище.

— Ладно.

Вэн напрягся, но она повернула голову и подмигнула ему, а затем посмотрела на двух его друзей.

— Я хотела сказать, что тоже люблю его, сладкого, а еще очень сильно хочу. Вэн — это все для меня.

Тимбер поднял голову.

— Вранье. Сладкая пчелка? Они действительно больно жалят.

— Выпьем за супружескую пару, — Трэйс поднял бутылку с пивом. — Только за вас двоих. Ваше спаривание произошло с небольшими трудностями, но с этой минуты все наладится.

Вэн открыл бутылку пива и поднял ее.

— За счастье.

Джерри чокнулась своей бутылкой о его.

— За любовь и страсть.

— Я все равно выясню, как ты хотела его назвать, — пообещал Тимбер. — Сладкий улей? Типа лучше с ним не связываться.

— Пей пиво и заткнись, — приказал Трэйс.

Они все одновременно сделали по глотку. Зазвонил телефон, и Трэйс потянулся к заднему карману. Его улыбка исчезла, когда он взглянул на экран, а затем ответил на звонок. Неожиданно Трэйс вскочил на ноги и побежал по коридору так быстро, что его было трудно разглядеть.

Вэн напрягся, надеясь, что это не связано с его родителями. Как же он хотел, чтобы его беды закончились вместе с уходом родственников. Дверь в конце коридора закрылась, поэтому Вэн не мог подслушать разговор.

Трэйс вернулся через минуту. На этот раз он казался очень веселым.

— Что случилось? — Тимбер встал.

Вэн продолжал сидеть. Он держал свою пару на коленях и не собирался ее беспокоить. Джерри была там, где полагалось.

— Хочешь поделиться, что тебя так рассмешило?

Трэйс взглянул на своих стражей.

— Это был лорд Эвиас. Он получил известие от Дэкера. Ублюдок хочет заключить с ним сделку, чтобы вернуться домой. Как я предполагаю, Совет вампиров дал ему пинка под зад, — он ухмыльнулся. — И всему виной вы, Вэн и Джерри. Хортон, должно быть, сделал или сказал нечто такое, что испортило их маленький альянс.

Вэн рассмеялся, ночь внезапно стала намного лучше.

— Мы действительно чертовски хорошая команда.

Джерри потянула его за рубашку.

— Почему все так радуются тому, что Дэкер, он же Бугимен, хочет вернуться на Аляску? Разве это не плохо?

— Нет, златовласка, это просто фантастически. Лорд Эвиас сразу убьет идиота.

Она медленно улыбнулась Вэну.

— Никогда не связывайся с мохнатой летучей мышью.

Тимбер поперхнулся пивом.

— Ты только что назвала лорда Эвиаса мохнатой летучей мышью?

Вэн допил свое пиво и поставил бутылку на столик. Затем он поднял Джерри.

— Тебе показалось. Моя пара никогда бы так не поступила. Я отведу ее домой. Спокойной ночи.

Джерри прильнула к нему.

— Ночь. Мы идем домой, чтобы заняться любовью и страстью.

Трэйс открыл им дверь.

— Не забывай про мысли, девочка!

Вэн вынес ее наружу, направляясь к своей хижине.

— Что, черт возьми, это было?

Она уткнулась лицом в его шею.

— Он хочет, чтобы у нас было много секса.