Эта семья совсем недавно перенесла тяжёлую утрату, на них обрушилась огромная трагедия. Морин должна была сообщить ей об этом.

Но женщина не знала об исчезновении лошадей, так как ей не сообщили эту информацию. Кэсси подумала с пронзительным страхом, знала ли Морин об этом вообще?

Что случилось с Дианой? Как её смерть повлияла на Пьера, детей и динамику их семьи в целом? Как они восприняли прибытие Марго в дом вскоре после этого? Неудивительно, что Кэсси чувствовала напряжение, натянутое как струна, почти при каждом взаимодействии с людьми, живущими внутри этих стен.

– Это… это действительно очень печально, - запнулась она, осознавая, что лавочник с любопытством разглядывает её. – Я и не знала, что она умерла совсем недавно. Полагаю, её смерть травмировала всех.

Нахмурив брови, владелец магазина протянул ей сдачу, и она убрала в карман скудную горстку монет.

– Я уверен, что ты знаешь историю этой семьи.

– Я знаю совсем немного, и буду очень признательна, если Вы расскажете мне, что там произошло, - Кэсси с тревогой склонилась над стойкой.

Он покачал головой.

– Я не должен тебе говорить больше того, что уже сказал. Ты работаешь на эту семью.

Но почему это имеет для него значение? Кэсси задумалась. Её ноготь вонзился в кутикулу, и она с шоком осознала, что к ней вернулась её старая привычка, пробуждающаяся в состоянии стресса. Что ж, хорошо, она была напряжена. То, что сказал ей этот пожилой мужчина, было достаточно тревожной информацией, но то, о чём он отказывался говорить, было ещё хуже. Возможно, если она будет более честной с ним, то он, в свою очередь, будет более откровенным.

– Я вообще не могу понять, что там у них происходит, мне страшно и многие вещи не укладываются у меня в голове. Честно говоря, я даже не знала, что Диана умерла. Я не имею представления, как это произошло, и что происходило там до этого. Если бы у меня было больше информации, мне бы это очень помогло.

Он кивнул с более сочувственным видом, но затем в кабинете зазвонил телефон, и Кэсси поняла, что возможность была упущена. Он вышел, чтобы ответить на звонок, закрывая за собою дверь.

Кэсси с разочарованием отвернулась от прилавка, взвалив на плечи свой рюкзак, который показался ей вдвое тяжелее, чем он был до этого, или, возможно, это её отягощала полученная от лавочника тревожная информация. Когда она вышла из магазина, то задумалась, будет ли у неё возможность вернуться сюда самой и поговорить с этим пожилым мужчиной. Какие бы секреты о семействе Дюбуа он ни знал, она отчаянно хотела ими овладеть.

Испуганный крик Эллы вернул Кэсси в настоящий момент. Посмотрев через дорогу, она с ужасом увидела, что Марк пробрался через ограждение из брёвен и кормил щепотками травы подрастающее стадо, которое состояло из пяти серых, волосатых, покрытых грязью ослов. Они прижали уши и толкали друг друга, оттесняя его.

Элла снова закричала, когда один из ослов приблизился к Марку, ударив его по спине.

– Выходи оттуда!
– закричала Кэсси, молниеносно перебегая через дорогу. Она наклонилась через ограждение и схватила мальчика за рубашку, утащив его прочь, прежде чем эти животные могли его растоптать. Может быть, так проявлялось у ребёнка стремление к смерти? Его рубашка была мокрой и грязной, а запасную она не взяла с собой. К счастью, всё ещё светило солнце, хотя она и заметила, что на западе собираются тучи.

Когда она дала Марку его шоколад, мальчик засунул целый батончик в рот, надув щёки. Затем он засмеялся, выплёвывая его на землю, прежде чем помчался вперёд с Антуанеттой.

Элла отбросила свою шоколадку в сторону и принялась громко плакать.

Кэсси снова взяла малышку на руки.

– В чём дело? Ты не хочешь есть? – спросила она.

– Нет. Я скучаю по маме, - всхлипывала девочка.

Кэсси крепко её обняла, чувствуя тепло её щеки рядом со своей.

– Мне жаль, Элла. Мне так жаль. Я только что узнала об этом. Тебе, наверное, ужасно её не хватает.

– Я хотела бы, чтобы папа сказал мне, куда она ушла, - причитала Элла.

– Но… - у Кэсси не хватало слов. Продавец ясно сказал, что Диана Дюбуа умерла. Почему же Элла думала иначе?

– А что тебе сказал папа? – осторожно спросила Кэсси.

– Он сказал мне, что мама ушла. Но он не сказал, куда. Он просто сказал, что её нет. Но почему она ушла? Я хочу, чтобы она вернулась! – Элла прижалась головкой к плечу Кэсси, надрываясь от рыданий.

У Кэсси закружилась голова. На то время Элле было четыре года, и она наверняка поняла бы, что означает смерть. Тогда у неё был бы шанс оплакать маму и поприсутствовать на похоронах. Или, возможно, не было бы.