Шрифт:
На этом месте я встряхнул кистью правой руки: боль немного, но прибавилась.
– Второй же способ: открыть своё сознание, отрешиться от всего… и ваше тело само сделает нужные движения за вас. Я использовал для вхождения в транс заученное стихотворение, полностью сосредоточившись на звучащих внутри меня строках… – Ух, послушать со стороны: такой бред! Не даром у Птицы опять скепсис на лице написан вот такими буквами. – Попробуйте… А теперь смотрите, повторяю удар еще раз. И еще. Теперь вы.
А деревце-то не таким уж тонким оказалось: мне честно показалось, что Оборотень снесет его от избытка усердия на одной голой силе, но нет. Только самая нижняя ветка недовольно закачалась.
– “Путь в тысячу ли начинается с одного шага”, – продемонстрировал я восточную мудрость слегка расстроившемуся Вульфи. – Пробуй и пробуй, пока не получится… но не прямо сейчас, потому что мясо уже можно есть.
Подойдя к столу, мы как по команде обернулись, не увидев Джаз. Оказывается, девушка так и осталась стоять на том же месте, где слушала меня. Она прикрыла глаза, тихонько раскачивалась из стороны в сторону, что-то почти беззвучно но мелодично мурлыкая себе под нос. Вот увлекающаяся натура.
– Пусть её, – я тормознул Оборотня, решившего растормошить сокомандницу. – Или опять хочешь сыграть роль громоотвода?
Аргумент вкупе с тихим хлопком винной пробки подействовал: в компании Хоук штопор был просто не нужен. Ммм, вино и жареное мясо – пища богов! Надо не забыть перевернуть следующую порцию на угл…
– Пшшш!
Мы, все трое, медленно обернулись. Джаз обнаружилась под деревом-”грушей”, с круглыми глазами рассматривающей под жидким дождиком из листьев и прочей трухи собственный кулак.
* * *
Может, я неправильно сформулировал просьбу “красное вино к жареному мясу”, и мне продали то, которое в маринад добавляют – где градусов побольше? Или просто после физических нагрузок и ранений так молодые растущие организмы отреагировали: мы все несколько захмелели. Не прямо чтобы в лоскуты – но заметно стало по всем, даже по Оборотню, с его ускоренной регенерацией, а, значит, и метаболизмом.
Наверное, именно потому Хоук сначала оттащила нас всех на базу “Защитников” – её напарники после всего произошедшего прибывали в еще большем неадеквате, чем обычно. Правда, тихом – но Птица решила подстраховаться. И уже с базы понесла меня к дому в Салинасе.
– Спасибо! – Тихо, но прочувственно поблагодарила Ястреб, когда наши ноги коснулись земли. – Давно не было, чтобы день закончился так… хорошо.
По-моему, она еще что-то хотела сказать, может быть даже много – но слова почему-то куда-то делись. Вместо этого, девушка, подавшись вперед, неловко поцеловала меня в губы. Это было так искренне и так зовуще, что я, не колебаясь, ответил. Мы оторвались друг от друга, смотря глаза в глаза… и супергероиня взмыла в темное небо уже формально весенней Калифорнии.
М-да. Ну… М-да. Нет, я подумаю об этом завтра.
Глава 31
Вроде бы я во время проектирования успел насмотреться на элементы будущего высотного зеркала во всех ракурсах — но нет. Здесь и сейчас, вживую, воплощенный в композитах, графене и тончайшей фольге юнит будущего кластера… внушал. И огромным в охвате, но тонюсеньким электромагнитным контуром опорного электромагнита, выполняющего заодно и функцию антенны, и “лопухами” поворотных отражающе-поглощающих панелей, которые в буквальном смысле исчезали, стоило попытаться рассмотреть их с торца.
— Поворотные плоскости руками лучше не трогать, можно погнуть или сломать, с непривычки, — вовремя предупредил Президент университета и Роуз отдёрнула протянутые пальцы. – Мы два комплекта “крыльев” сломали прежде, чем состыковали их с контуром. Если бы не таланты мисс Хоук, поднять подобную конструкцию высоко в небо оказалось бы той еще инженерной задачкой.
На этом месте наш визави слегка поклонился стоящей рядом со мной Птице.
— Словно бабочка! – наконец нашла подходящие слова Фриман.
— Да, у нас с завкафедрой инженерных конструкций при монтаже те же ассоциации возникли, — добродушно покивал мужчина. Я, невольно представив сцену окончательной сборки устройства у себя в голове, немедленно “увидел” третье по счету помятое крыло и услышал исступленное “факинг баттерфляй!” – На самом деле, как и у живой бабочки, прочность у получившегося изделия вполне достаточная. На рабочей высоте не будет ни ветра, ни твердых предметов, способных порвать плёночные конструкции — а допуски под тепловое расширение и сжатие учтены еще на стадии проектирования.