Длинная, долгая и пламенная речь изрядно перепуганного Георга V завершилась. Он сел обратно в кресло. Поднес трясущимися руками к губам стакан с виски. Шумно отхлебнул, пару раз ударив стеклом по собственным зубам. И поставил стакан на столик.

– Вы правы, – кивнул Вильгельм, нарушая затянувшуюся тишину. – Меншиков чудовище. Страшное, древнее и крайне опасное чудовище. Я провел с ним слишком много времени, чтобы сомневаться в этих словах. Но именно поэтому я не хочу выступать против него. Я не трус, но я боюсь.

– Он не может быть везде! – Воскликнул Георг V. – Более того, если мы поможем восставшим, то он должен будет вступить в противостояние с ними. А это – надолго. Ловить партизан по кустам можно годами, тем более, что он – мастер другой войны. Мы же, выгадав себе время, постараемся подготовиться к войне с ним.

– Вы можете поручиться, что он не сможет быстро потушить этот пожар? – Повел бровью представитель Италии. Временный министр, назначенный Меншиковым на этот пост еще весной.

– Это очевидно, – пожав плечами, ответил Георг. – Кроме того, уличные бои с восставшими довольно скоро начнут вымывать верных ему солдат. То есть, он быстро останется без верных войск и окажется вынужден лавировать, опираясь на неустойчивые войска. То есть, станет новым Керенским, что опирался на купленных пустыми обещаниями людей.

– Мне дорога моя голова, – усмехнувшись, заявил Вильгельм II, обращаясь к Георгу V. – Это вы на своем острове сможете отсидеться. А мне куда деваться? Да и, если честно, я бы не стал на вашем месте так уж сильно полагаться на Ла-Манш. Меншиков уже полгода строит десантные средства в Штормграде.

– Насколько мне известно, они для речных операций. – Удивился король Великобритании.

– По документам – да. Но для Ла-Манша и их будет достаточно. Зная хорошо этого человека, я вам точно скажу – он начал готовиться к войне с вами еще осенью прошлого года. И это – только то, что мы можем наблюдать. Вы все видели отчет моего Генерального штаба. Он считает, что Меншиков продумал и начал последовательно реализовывать свой план еще в августе 1914 года.

– Я его читал, но это все вздор! – Воскликнул Георг. – Этого быть не может!

– Может! Очень даже может! И я вам больше скажу – есть у меня чувство, что он играет с нами как сытая кошка со стайкой мышей. Не удивлюсь, если он специально нас спровоцировал вот тут собраться и злоумышлять против него. Будто бы ему нужен повод.

– Вы выдаете желаемое за действительное! – Вновь воскликнул Георг.

– Погодите, – примирительно произнес, Раймон Пуанкаре. – Повод для чего?

– Для войны… новой войны…. Я боюсь. Просто очень боюсь… – тихо произнес Вильгельм. – Вы понимаете? До ужаса и паники. Боюсь… и ничего не могу с собой поделать. Вы ведь знаете, как закончил свои дни Франц-Иосиф с султаном.

– Их расстреляли. – Произнес представитель Римской Империи.

– Именно. Но вряд ли вы знаете, что хотел изначально с ними сделать этот маньяк. О! Это чудовище хотел всех осужденных раздеть догола и подвергнуть долгой, мучительной и очень позорной публичной казни. Всех разом вздернуть на общей виселице, аккуратно подтягивая веревку, так, чтобы осужденные могли только стоять на носках. И держать их в таком виде, пока не начнут задыхаться. Потом приспустить. Дать отдышаться. И снова вздернуть. Долгая, мучительная многочасовая агония совершенно постыдного толка.

– Боже… – тихо ахнул Георг, побледнев.

– Его отговорила Татьяна Николаевна. Но вы сами видите – она тоже стремительно испортилась. Подумать только! Такая милая девушка своей рукой застрелила генерала! Ужас! Говорят, что после событий в Киеве, он лично с ней начал упражняться в стрельбе. Эта кровь их сблизила…

– И этому нужно помешать! Любой ценой!

– Татьяну уже не спасти… – мрачно произнес Вильгельм.

– Ну и бог с ней, – махнул рукой Георг. – Нам нужно спасти нас, наши народы… да и, пожалуй, все человечество от этого восставшего древнего зла.

– Почему же зла? – Поинтересовался президент Пуанкаре. – По-моему Меншиков очень рационален в своих поступках и преследует только разумные, практические интересы.

– А… так вы еще не знаете… – Криво усмехнулся Георг. – У меня есть свои люди в Штормградском дворце. И они слышали одну очень важную песню, которую он исполнил. В ней повествуется почему ушли эльфы. – Произнес он и кратко пересказал всем присутствующим сюжет песни «Баллада об Аскалхорне» от Валайбалалай. – Вы понимаете? – Продолжал он. – Эльфы однажды уже испугались людей и призвали себе в помощь демонов. Из-за чего перешли на сторону тьмы. Эльфы стали злом. Злом! Таким же мерзким, как все эти твари из пекла. Пока что Меншиков сдерживается. Хотя иногда его чудовищный оскал безумного кровопийцы и проступает так отчетливо, что честные люди холодеют от ужаса. А что будет дальше? Вы можете гарантировать, что он не откроет ворота в наш мир каким-то чудовищам?

– Это исключено, – весьма неуверенным тоном заявил Пуанкаре. – Он сам говорил, магия ушла из нашего мира. Поэтому древним существам тут больше не место. Им для жизни нужна магия.

– А вы уверены, что он ее не вернет?

– Но как?! – Воскликнул Пуанкаре.

– Он ведь как-то воскрес. Понимаете? Воскрес!!! Да и в Константинополе имел беседу с самою Смертью. При свидетелях.

– Что?! – Ахнули присутствующие.

– А вы не знали? – Горько усмехнулся Георг V. – Нам нужно приложить все усилия к тому, чтобы выиграть время, чтобы не дать этому чудовищу укрепиться. И думать, плотно думать о том, как его победить. В этом деле нам все средства хороши. Нужно думать и о войне с его армиями, и с ним лично.