— Чем интересуетесь, молодой человек? Ремни, стропы, брезент? Есть новые плащ-палатки с хранения.

— Мне бы стропорез, — неуверенно тяну я, но увидев вытаскиваемый из-под прилавка тесак, уточняю, — настоящий.

Продавец бросает на меня оценивающий взгляд и выкладывает бакелитовый прямоугольник. Взмах рукой, и отточенное двухстороннее лезвие без острия выскакивает наружу.

— НП-58, - интимно воркует продавец. — Острый — бриться можно.

— Мне не для бритья, мне в горах верёвки резать. Хорошо бы, знаете, такой… лезвие, как у пилы.

— Хм… Ворсмовский? Десантный?

— И что? Не оружие ни разу. Менты и те не придираются.

— Альпинист, значит?.. Погуляй полчасика, потом приходи, — советует мужчина и называет число.

Так как цена в десять рублей соответствует редкости изделия и его функционалу, она меня не испугала. Через полчаса я стал обладателем десантного стропореза. Новенького. В масле. Не удержался, докупил к нему брезентовый ремень метра в три и солдатскую плащ-палатку.

После добычи всего необходимого для дела съездил в Сокольники, решил посмотреть на один дом. Блочная девятиэтажка, каких в Москве полно. Что говорить? Мамина квартира в таком же доме. Лифт останавливается между этажами. С детскими колясками выезжать тяжело и неудобно. Выше девятого этажа пролёт ведёт к двери на чердак и к комнате с лифтовым хозяйством. Крыша ровная, плоская. Нужный мне балкон в квартире седьмого этажа. Проходя мимо дома можно мельком взглянуть на балкон. Видно плохо, но вроде что-то там висит.

Я даже зашёл в подъезд и поднялся на самый верх. Чердачная дверь заперта на простенький, но массивный, навесной замок. Значит, придётся всё дело исполнить за один раз. Сломанный замок или его отсутствие сразу насторожит жителей и заставит ЖЭК надёжней запереть вход и приглядывать за ним.

Когда Лёша позвонил, доложил ему итоги визита к отцу. Продиктовал номер телефона начальника цеха, заверил в наличии семейного общежития и даже о возможности организовать запрос в ПТУ на распределение, парень чуть не запрыгал от радости. Орёт в трубку:

— Пацан! Должен буду! Хочешь, заставлю Светку тебе кастрюлю пирожков с вареньем напечь?

— Да, ладно, — говорю. — Назови ваших первых шестерых детей моим именем и будем в расчёте.

Захохотал Лёшка, но первых своих шестерых отпрысков называть "Серёга" отказался, особенно, если будут девочки. Соглашаюсь:

— Давай тогда хоть пирожки, все вместе их съедим.

Договорились встретиться в субботу или воскресенье, как Света сможет. Сашок не придёт, он всё свободное время фарцует. Говорит, прибился к какой-то центровой команде, ходит вместе с ними, лавэ поднимает.

Когда лучше всего залезать на крышу? Первая мысль — ночью, ибо никто не видит, а конкретней — ночь с субботы на воскресенье, чтобы в школу не вставать. Но! Ночью-то тебя не видят, но и ты не будешь уверен в прочности крепления. Навернёшься, ладно нашумишь, разобьёшься к чёртовой бабушке. А в субботу люди дома, завтра не вставать. Можно гостей принимать, можно ещё как развлекаться, словом больше народу будет бодрствовать. Шанс, что заметят тоже больше. Значит, идти надо в будни и пока светло. Залез на чердак маминого дома, он такой же, примериться можно. Походил, посмотрел, прикинул, как и что. Дома переоделся в рабочую одежду, взял рюкзак. Не папин, приметный, купил обычный в спортмаге. Собрал туда снаряжение. Не всё, только необходимое. И засветло приехал в Сокольники. На лифте поднялся на последний этаж, затем по лестнице к чердачной двери.

Дужка замка была перекушена без всяких сложностей, инструмент в чемодан подбирал профессионал. Прошёл на чердак, оттуда на крышу. Прикинул, где нужный мне балкон, лёг, посмотрел. Висит, вроде портфель. Примерился, как крепиться. Здесь, видимо, ещё с ремонта фасада остались массивные конструкции для спуска люлек, в которых ремонтируют фасад. Привязал к ним верёвку. Разобрал снаряжение, приготовился. Что смог сделал, осталось ждать. Долго, скучно, противно и холодновато. Дождался темноты, встегнул веревку в восьмерку, над ней, как учили, петелькой из репшнура завязал на веревке схватывающий узел и тоже встегнул в карабин, закрепленный на страховочной системе. Подождал, пока погаснет свет в окнах. Вся снаряга на мне, всё готово, но… торможу. Ещё чуть-чуть, ещё… Собрался и начал спускаться по веревке. Знаете? Страшно! Плавно спускаюсь до 7 этажа, к портфелю. Первым делом пристёгиваю карабин оттяжки к его ручке.

Стропорезом отсекаю тоненький тросик. За ним видна ещё целая бухта, но темновато, да и не интересно. Спускаюсь дальше, на землю. По-моему, на тренировке было сложнее… Или я тогда совсем ничего не умел? Снял снарягу, убрал в рюкзак. Портфель вложил в брезентовую сумку. Затем пошёл вновь на крышу. Вызывать лифт не стал — ночь, зачем людей будить? Поднялся, никого не встретив. Чтоб отвязать веревку, пришлось включить фонарик. Свернул бухту и забрал с собой. Возвращение, конечно, несколько повысило риск, зато не остались лишние улики.

Неспешным шагом, с рюкзаком и сумкой пошёл к метро. Перед Сокольниками есть аллейка с лавочками, подремал до открытия станции и первой электричкой уехал. Никто не удивился, обычное дело — работяга с дежурства едет к себе. Даже в школу успел.

В пятницу мама вышла замуж за Аф-Афа, после чего молодые приехали в мамину квартиру. Молодые, её подруга-свидетельница, его приятель-свидетель и я, вернувшийся из школы. Посидели, выпили бутылку шампанского, поели салатиков, приготовленных подругой мамы, закусочек из заказа к Первомаю. В Гипрорыбпроме всегда к празднику давали хорошие заказы с рыбой, икрой и крабами. Со стороны супруга были выложены разнообразные шоколадные конфеты. Я, в качестве подарка, поставил на стол баранью ногу, фаршированную морковью и чесноком. На гарнир — запечённый в духовке картофель под сметаной и с луком. Народу понравилось. После трапезы молодые отправились на вокзал. Свадебное путешествие, совмещённое с медовым месяцем, продлится до середины мая. Затем они вернутся, и наступят житейские будни. Квартиру собираются начать менять летом, сразу после того, как я сдам экзамены.