Понимая, что сейчас мне придется встретиться лицом к лицу с сестрой Киана, я занервничала. Меня практически стошнило. Если мы с Кианом собираемся быть вместе, мне стоит научиться не бояться разговаривать с членами его семьи.

Она заказала доставку «Мимозы», которой здесь не оказалось, в свой номер. Она жила в другом номере, через несколько дверей от этого. Ее голос звучал бодро, когда она повесила трубку. Она пробормотала еще одно проклятье, затем обернулась и увидела меня. Я стояла, опустив голову и опираясь одной рукой в стену. Было очевидно, что я слушала ее разговор. Я прикусила нижнюю губу.

— О! — воскликнула она, прижав руку к груди. — Черт. Я не ожидала, что встречу здесь девчонку. Мой брат обычно не оставляет их на ночь… — Она замолчала и наклонила голову на бок, чтобы лучше разглядеть. — Подожди.

Я приготовилась. Сейчас это случится…

В глазах мелькнуло узнавание, и она откинула голову назад.

— Твою мать! Ты… — Ее рот открылся. — Он на самом деле трахнул тебя? Я не могу… — Она покачала головой, прежде чем рассмеяться. — Боже мой. — Ее плечи подрагивали от смеха.

Видимо, ей смешно от того, что я здесь.

— Как ты сюда попала?

Она продолжала смеяться.

— Сладенькая, я — Мастон. Я могу войти куда угодно, потому что во мне течет кровь Мастонов. То же самое и с Кианом. Он может пойти куда угодно, делать что угодно… и с кем угодно.

Я больше не нервничала, теперь я была раздражена. Она подняла руку и вытерла уголок глаза.

— Я не могу успокоиться. Я имею в виду, это ты. — Она махнула в мою сторону. — Я просто… вау. — Перестав смеяться, она снова вытерла глаза. — Мои родители взбесятся.

Я заскрежетала зубами. Сестра Киана — сука. Мне пришлось приложить все силы, чтобы быть милой. Я должна хотя бы попробовать.

— Приятно официально познакомится с тобой, — сказала я, но не протянула руку.

Ее взгляд стал пустым, и она тоже не протянула свою руку.

— Да, мне тоже. Наверное.

— Наверное? — Я глубоко вздохнула.

Фелиция подняла взгляд. О, да. Она меня слышала.

— Давай просто разберемся во всей этой фигней между нами. — Она сглотнула и кивнула. — Я не хочу обидеть тебя, но ты просто смешна.

Я усмехнулась.

— Серьезно?

— Я не хочу быть сукой, но, знаешь, я могу. — Она закатила глаза. — В восьмидесяти процентах случаев я — неблагодарная самодовольная заноза в заднице. Я избалована. Мои родители за все платят. У меня был роман с женатым парнем, и я скрытый алкоголик.

— Скрытый?

Она пожала плечами и покачала головой.

— Я сейчас объясню. Скажу тебе прямо в лицо — я алкоголик, но сейчас я изменилась. Я стараюсь быть хорошим человеком, когда говорю тебе, что ты просто смешна.

Глубоко внутри меня зарождалась боль. Она прижала руку к груди.

— По большей части в этом виновата я. Киан рассказал тебе о Джастине?

Моя шея была напряжена, но я наклонила голову немного вперед.

— Киан чувствовал себя ужасно из-за того, что случилось со мной. Он хотел оторвать Джастину голову. Я тоже хотела, но папа запретил. Это испортило бы многомиллионную сделку, и я точно не облегчила бы дело. Каждую ночь я плакалась Киану. Я умоляла его пойти и убить Джастина. Я не думала о Киане или о нашем отце. Знаю, я эгоистка. Мне было больно, и я хотела, чтобы все страдали.

Я снова посмотрела в пол.

— Это понятно. Джастин изнасиловал тебя, — пробормотала я.

— Да. — Тон ее голоса стал ледяным. — Но наша семья этого не видела. Я рассказываю все это, чтобы ты поняла, что в голове у Киана. В тот день он спас тебя от Джастина, но в реальности он спасал меня. Вся злость по отношению к Джастину обрушилась на твоего приемного отца. Во всем этом виновата я. Я. — Она говорила словно сама с собой. — Мне интересно, если бы это была какая-то другая девушка, произошло бы то же самое или ты одна такая счастливица?

Я подняла голову, ощущая неприязнь и отвращение к человеку перед собой.

«Ты не используешь людей. У тебя нет скрытых мотивов. Ты не злоупотребляешь дружбой», — услышала я голос Киана в своей голове.

Его сестра была ненавистна мне. Вот что сейчас происходило. Она была злая. Она хотела задеть его, причиняя боль мне. Я не просто какая-то девушка.

«Это все я видел до тебя, все время, пока рос. Ты говоришь то, что на самом деле имеешь в виду. Ничего не скрываешь».