Интервью… интервью Эрики. Я все еще держала газету в руках и посмотрела на нее. Что такого сказал Киан? Чего я избегала все это время и готова ли я к этому сейчас?

Киан выхватил у меня газету и бросил ее на диван. Он указал на нее, сжав челюсть.

— Мои слова ничего не значат. Они относятся к съемке.

— У них есть свидетель. Они разговаривали с кем-то, кто поддерживает новое расследование.

— У них ничего нет. А если и есть, то это кто-то из старшей школы, кто хочет поймать свою долю славы. И все. Свидетель будет дискредитирован. Это лишь вопрос времени, когда они узнают правду, и, нет, они не найдут Джо. Я позаботился об этом.

— Подожди, что ты имеешь в виду? — Я почувствовала в ушах странное жужжание. Покачав головой, я пыталась избавиться от этого шума, но он становился только громче.

Снарк проигнорировал меня и повысил голос:

— Твоя команда стоит за этим.

— Не моя команда. Я поручил им оставить Джордан в покое.

— Значит, они пытались найти ее?

— Они говорили об этом с самого начала, но я дал им понять, что не хочу портить Джордан жизнь. Это моя жизнь. Я убил Эдмунда, а она не имеет к этому никакого отношения. Если они попытаются обвинить ее, их ждет провал.

Снарк начал спорить:

— Свидетель…

— Стоп! — Я прижала ладони к ушам. Звук жужжания был слишком сильным. И головная боль пульсировала в висках. — Остановитесь, ребята.

Киан подошел ко мне и взял за руку. Он притянул меня к себе, а другой рукой обнял за талию. И начал массажировать мои виски, облегчая боль, и я знала, что должна была отстраниться. Это так странно или, по крайней мере, должно быть странным, но это не так. Наоборот, быть в его объятиях, быть притянутой к его груди, пока он успокаивал мою боль, — это так правильно. Как и в коридоре в клубе, я не хотела отстраняться, я хотела притянуть его ближе.

Киан будет защищать меня. Я очень хотела верить в это. Действительно хотела. И, как будто чувствуя мою внутреннюю борьбу, он сильнее сжал меня.

Я расслабилась, отпуская все, пока он продолжал массажировать мои виски. Медленно, очень медленно, головная боль начала отступать. В груди стало легче, и я прижалась к Киану, пока он говорил со Снарком.

Его голос проходил сквозь него, я чувствовала это ухом, которое было прижато к его груди.

— На этом интервью я не сказал ни слова обвинения в ее адрес. Поверь мне, никто не знает, что она здесь. Никто. Ни моя команда, ни моя семья. Единственный, кто знает, кроме находящихся в этой комнате людей, — мой частный детектив, но о нем никто не знает.

— Твой отец никогда не узнает о нем?

Впервые с тех пор, как мы приехали, Киан расслабился. Казалось, его позабавил вопрос Снарка.

— Отец — последний человек, кто поможет мне.

Я нахмурилась и отстранилась.

— Что ты имеешь в виду?

Он тоже нахмурился, но Снарк перебил нас:

— Если ты говоришь правду, то почему ты здесь?

Киан посмотрел на меня. Он выглядел расстроенным. Я отстранилась так, чтобы он не смог коснуться меня. Сложив руки на груди, я сказала:

— Ответь ему, Киан.

— Я остановился здесь, не задумываясь. Мне нужна хорошая охрана, и здесь она есть, но ты прав. Я посмотрю, куда смогу переехать, и сделаю это сегодня.

Снарк указал на меня.

— Тебе нужно стереть все записи камер, которые могли заснять ее здесь.

— Вы пришли через черный вход.

— Как ты и сказал.

Итак, они разговаривали до нашего приезда. Мне хотелось узнать, о чем еще они говорили.

Киан провел рукой по волосам и подошел к телефону.

— Единственные камеры, которые могли заснять вас, — у лифта и парковки. Мой детектив пересмотрит весь отснятый материал. Если я попрошу персонал отеля об этом, то это будет выглядеть подозрительно. Он проберется внутрь и сделает это сам.

— Он сможет это сделать?

— Да, сможет. — Киан выглядел серьезным, пока разговаривал по телефону. — Да, я проверю через час. Мне нужен транспорт. Нет. Я поговорю с ними из машины. Спасибо. — Он посмотрел на меня. — Тебе нужна кепка.

Киан начал выходить из комнаты, но Снарк остановил его.

— Нет. — Он стянул куртку и отдал мне ее. — Надень ее и накинь капюшон. Когда будем уходить, опусти голову вниз.

Я кивнула. Черт. Чем больше мы говорили, тем более реальным это становилось.

В животе снова появилась тяжесть. Снарк направился к двери, и я пошла за ним, но Киан схватил меня за руку. Прежде чем открыть дверь, Снарк обернулся и остановился.

Киан спросил у него:

— Не возражаешь, если мы поговорим минутку наедине?

Глаза Снарка округлились, но он ответил: