— Ничего, пока что все в порядке! — заверил я ее.

— Существует городская и сельскохозяйственная зона, — растолковывая мне очевидные вещи, всадница явно чувствовала себя не в своей тарелке.

— Угу.

— В городе есть предприятия, — проговаривая прописные истины, Ногайская еще раз недоверчиво покосилась в мою сторону, но продолжила уже более ровным тоном, — С предприятий собираются налоги. При определенных условиях налоги можно уменьшить. Пока понятно?

— Дай, угадаю! — прервал я ее, не желая выглядеть в ее глазах полным кретином, — При наличии работников-мужчин, налоги снижаются?

По крайней мере, для меня наконец-то раскрылась тайна: зачем холеной Эльвире Павловне превращать свою чистенькую булочную в ночной бордель для трех озабоченных парней.

— Существенно! — подтвердила Ведьма, с облегчением сбрасывая с себя заботливую маску, — И чем больше мужчин, тем выше льгота.

— Не понимаю! — высказался я, следуя за ней вглубь здания, стараясь абстрагироваться от плещущего со всех сторон восхищения моей спутницей, — По твоей логике самыми большими льготами должны пользоваться фирмы по предоставлению эскорт-услуг.

В эмофоне Ногайской засквозила растерянность, но ей на выручку пришла одна из дамочек ее свиты, которых я уже привык воспринимать почти бессловесным приложением к знаменитой всаднице. Судя по вспыхнувшей радости, это была та самая, что недавно фонила виной:

— Проституция законами империи не поощряется и соответственно льготами не может пользоваться, — поспешила вставить провинившаяся свои пять копеек, — А эскорт-услуги в глазах государства почти приравнены к проституции. И хотя фирмы, занимающиеся этим ремеслом, маскируются под оказание консультационных услуг, на льготу они не претендуют, понимая, что любая чуть более глубокая проверка выявит их суть. В законе о льготах речь идет об определенном перечне предприятий, занимающихся насквозь прозрачной деятельностью.

Дав мне минуту на переваривание информации, свитская продолжила:

— Сорок лет назад действовал так называемый "пакт Макаровой". Если коротко, то целым сводом указов и постановлений мужчинам предоставлялись очень расширенные права по сравнению с женщинами. Но через пять лет, почти сразу после восхождения на престол, Мария Четвертая все принятые поправки отменила.

— Почему? — не смог удержаться от вопроса.

— "Пакт Макаровой" по сути низводил мужчин до трутней. Но статистика очень быстро выявила, что мальчики гораздо чаще рождаются от деятельных отцов. Поэтому сразу же после отмены пакта был принят целый свод законов, поощряющих мужчин трудиться и развиваться. Закон о льготах относится к той же плеяде. И хотя империя до сих пор пожинает плоды решений того времени, ситуация начала исправляться. После провала рождаемости мальчиков в шестидесятых годах, соотношение стало чуть лучше.

— Спасибо! — кивком головы обозначил благодарность за представленную справку. Вряд ли это закрытая информация, но мне не довелось наткнуться на обозначенные факты.

Тем временем мы пришли к входу в спортзал.

— Тебе что-то нужно кроме спортивной формы?

— Да нет вроде бы…

— Тогда жду тебя в зале, — с этими словами Ведьма указала на дверь зала, — Форма уже должна быть в раздевалке, — теперь ее взгляд переместился на предусмотрительно открытую передо мной дверь, — Время ужина, нам никто не помешает.

Спарринг начался без неожиданностей: после короткой разминки мы с Ариной стали аккуратно прощупывать возможности друг друга. Не раз посреди схватки звучало:

— Стой! Покажи!

На что я терпеливо показывал движения, которые всадница за мной повторяла. В пустом наполовину освещенном армейском спортзале наши голоса звучали гулко и таинственно.

Дав мне время освоиться, Арина чуть увеличила темп, но моего опыта пока хватало ей противостоять.

— А так? — азартно воскликнула она, — Есть!!!

Вывалившись за круг матов и повстречавшись задницей с ничем не покрытыми досками пола, я ее радость разделить в полной мере оказался не готов. Однако некоторая гордость за ученицу все же присутствовала: меня вынесли моим же только что разученным приемом

Новую атаку, приправленную нетерпением, встретил во всеоружии. Ускорение-ускорением, а без оружия в руках всадница чуть проваливалась, подставляясь под контратаки. Итог: три — один, хотя самому выкинуть ее за маты ни разу не получилось.

Следующий виток схватки не принес ничего неожиданного: два-два. Ничью засчитал в свою пользу: Ногайская слишком полагалась на свою коронную фишку, тогда как моя эмпатия относилась к пассивным навыкам и расхода искр почти не требовала. С еще более взвинченной скоростью всех преимуществ я лишился: даже чувствуя примерно, куда ударят, никак не успевал среагировать. Заметив мои трудности, Ногайская вернулась к прежнему темпу, но тут уже я, разозленный серией неудач, повалял ее по полу. На том мы и застряли: пока она вообще не применяла ускорения, я выигрывал примерно восемь из десяти, со средней скоростью — пятьдесят на пятьдесят, на верхнем диапазоне — без вариантов сливался уже я.