— Как поживаешь, моя прекраснейшая из богинь?

Мужчина потянулся к еще одному стакану, наполнил его тягучим напитком из чуть запотевшего бутыля и предложил гостье.

— Я не пить и о жизни беседовать пришла, Сорес.

Глаза цвета молодой зелени требовательно глядели в темные, будто самая безлунная ночь.

— Странно, — усмехнулся мужчина. — Пару дней назад ты приходила именно за этим… Что ж, так какова цель твоего нынешнего визита?

— Тебе это известно, — богине жизни от гнева даже на месте усидеть было сложно. — Как ты посмел?

— Что бы там ни было, дорогая Ирита, это не я.

— Итаэр говорит, что в Нижнем Мире появился Целитель… — начала женщина.

— Ах, Итаэр, — Сорес, кривовато улыбаясь, осушил и второй бокал, — этот остроухий святоша.

— И этот Целитель, как оказалось, одарен мною! — богиня старательно делала вид, что не слышит желчных дополнений своего собеседника.

— Тебе нужно внимательнее следить за тем, кого и чем ты одариваешь, — ехидно проговорил Сорес. — Я, конечно, знаю, что ты не всегда мне верна…

— Прекрати! — воскликнула Ирита, вскочив на ноги. Изумрудные искры, грозясь прожечь воздушную накидку своей хозяйки насквозь, сорвались с пальцев. — Немедленно прекрати этот балаган и отвечай: ты притащил это создание в Мир?

— И почему все шишки всегда сыплются на меня? — притворно вздохнул Сорес, тоже поднимаясь на ноги.

Ростом он был несколько пониже Ириты, но подтянут и крепок. Одежда простая: никаких вычурных накидок, плащей и тог.

— Потому что никто кроме тебя на подобную подлость не способен! — так резко и гневно скрестила руки на груди Ирита, что едва устояла на ногах.

— Ты хотела сказать, — поправил ее мужчина, — никто кроме меня на подобное геройство не решится?

— Так это все-таки ты…

Казалось, зеленовласая богиня сама не верит открывшемуся.

— Не понимаю о чем ты, — вновь усмехнулся бог морока и тени. — Закон гласит: боги не вмешиваются в жизнь Нижнего Мира, пусть он хоть огнем горит. И, кажется, мы уже выяснили: девицу затянуло в магическую брешь междумирья случайно. Мои руки чисты, — насмешливо продемонстрировал он свои ладони. — Я законопослушный гражданин!

— А почему тогда иномирянка взывает к тебе? — ликуя, что сумела подловить своего собеседника, воскликнула Ирита. — Не к Атайе, а к тебе! Как ты это объяснишь?

Сорес на секунду словно бы задумался.

— Откуда мне знать? — развел он руками. — Может, ее покорила моя непревзойденная харизма? — Ирита на это с сомнением хмыкнула. — А может, это просто стечение обстоятельств. Да и вообще, ты поди разбери, что у людей на уме. Знаешь, — со знанием дела закивал мужчина, — на протяжении веков они молились стольким богам, что даже я уже со счету сбился!

— Лжец, — прошипела женщина. Ее лицо менялось на глазах. Из округлого с мягкими очертаниями превращалось в угловато-птичье. — Ты лжец, Сорес, каких еще поискать… Ах!

Слепящее сияние вдруг окутало все ее тело. Оно вырывалось изо рта, ушей, глаз, было продолжением ее пальцев.

Сорес знал, что за этим последует, и каждая мышца в его теле напряглась.

— «Когда погаснет последняя искра. Когда немощный обретет силу. Придет в Мир новый порядок, и старому отныне не сыскать себе места».

— Ирита! — «темный» бросился к мягко оседающей на пол женщине. Часть светящихся лучей тут же впиталась в кожу его ладоней. — Ты в порядке?

Сияние сошло на нет, и богиня открыла глаза.

— Будущее… Что я предрекла? Что я предрекла, Сорес?

— Ничего важного, — аккуратно усадил мужчина Ириту в кресло, старательно отводя темноглазый взгляд. — Как и обычно, я ни слова не понял. Что-то про искры и порядок…

Ирита потянулась к стакану. Налила, отпила, сморщилась и прижала руки к лицу. Долго молчала.

— Я прошу тебя, — с мольбой посмотрела она наконец на Сореса, все еще истуканом замершим на месте. — Разве я не заслужила хотя бы толики честности? Что ты задумал? Я ведь знаю, это ты привел смертную сюда. И, ума не приложу как, но снабдил ее даром целителя.

— Ты же знаешь, созидать я не мастак, — усмехнулся бог морока и тени, а Ирита сморщилась.

Сорес никогда не гнушался использовать в речи слова и фразы из Нижнего Мира. И за это не раз высмеивался другими богами, живущими за Пеленой. Но не ей. Она не смеялась над ним никогда.