— Если десятый уровень не использовался больше ста лет, там должно быть неописуемо грязно. Не то, чтобы уборщики не хотят работать. Напротив. Но я просто хочу предупредить, что нам придется долго трудиться, пока мы очистим комнаты для всех.

— Я понимаю масштаб проблемы, с которой вы столкнетесь, — уверил Лукас. — Бета-группа будет занята охранными обязанностями, поэтому альфа-группа поможет твоим людям с уборкой наших четырех коридоров. Просто распорядитесь, чего вы от них хотите.

Теперь нахмурились ударники из альфы, но в передатчике раздался взрыв смеха, и кто-то из группы бета с энтузиазмом крикнул:

— Верхотура!

Адика кашлянул.

— Форж, объясни, пожалуйста, своим подчиненным, что во время совещания они могут выступать только с важными, относящимися к делу комментариями. Не надо кричать: «Верхотура!»

— В Воздушном-два сложилось всеобщее ощущение, что «верхотура» — это важное и относящееся к делу замечание об альфа-группе в роли уборщиков, — оживленно ответил Форж.

Адика рассмеялся.

— У нас есть дверь на пляж и пожарный выход в пятый коридор, — вернулся к теме Лукас. — Из окон большинства квартир в пятом коридоре видна Внешка, поэтому мы повесим предупреждающую табличку на пожарный выход. Пока Ханна не начала беспокоиться об уборке в этом коридоре, группе альфа лучше справиться самой. Уверен, Адика будет счастлив позже проинспектировать место и убедиться, что работа ударников соответствует стандартам.

— Если Ханна пожелает, я прикажу альфа-группе есть с пола, чтобы доказать его чистоту, — заявил Адика.

— Боюсь, жилищные условия на десятом уровне Убежища окажутся очень просты, — продолжал Лукас. — В квартирах должно работать электричество и вода, но не будет спальных полей, кухонных блоков и практически никакой мебели. Тресса договаривается, чтобы нам к пляжному выходу доставили деревянные кровати, столы и стулья. Одежду и другие личные вещи придется держать в сумках и свободных контейнерах. Несколько кухонных блоков мы везем с собой. Установим их в общей столовой в одной из больших комнат. Очень похоже на пищевые единицы в общинных центрах на подростковом уровне.

— Конечно, вам с Эмбер мы предоставим отдельный кухонный блок, Лукас, — послышался голос Меган.

— В этом нет необходимости, — ответила я. — «Общая столовая» звучит забавно.

— Теперь перейдем к деталям происходящего на морской ферме, — сказал Лукас. — Если вы вновь посмотрите на карты, то увидите множество черных точек, которые отмечают расположение жилищ. Они получили свое название, потому что в них есть жильцы. Вы можете считать их крошечными ульями, каждый из которых вмещает одну семью.

Он помолчал.

— Также там есть несколько красных и оранжевых точек. Красные — это места происшествий, точно связанных с целью. Оранжевые показывают, где произошли инциденты, изначально названные несчастными случаями, но сейчас мы полагаем, что и к ним имеет отношение цель.

— Лукас, на карте отмечено ужасно много происшествий, — заметил Адика.

— Пугающе много, — горько согласился Лукас. — Наша цель явно действует больше трех месяцев, возможно, больше шести. Первые инциденты были незначительными и аккуратно замаскированными под несчастные случаи. Поэтому служба безопасности морской фермы не понимала, что происходит, пока за две недели до Хэллоуина не умерла женщина. Должно быть, в этот момент что-то спровоцировало обострение у цели, поскольку она не сделала попыток скрыть тот факт, что женщину намеренно отравили.

Он вздохнул.

— С тех пор произошло множество нападений, которые привели к ранениям, иногда серьезным, и достигли кульминации со второй смертью два дня назад. На карте вы можете видеть, что места инцидентов разбросаны по всем четырем регионам фермы, но в самом Убежище было лишь два происшествия 1c7738. Возможно, потому что наша цель живет там и пытается отвлечь от себя внимание. Или же цель отпугивает масса приборов слежения служб безопасности, наблюдающих за городом.

Лукас взглянул в окно.

— Должно быть, мы уже приближаемся к ферме, поэтому я передаю слово адмиралу Трегерету. Он сообщит нам основную информацию о регионах, над которыми мы пролетаем.

Адмирал подкрутил передатчик.

— Вы все меня слышите? — проревел он.

Все в нашем самолете, а возможно, и в других, поморщились.

— Пожалуйста, не кричите, — попросил Лукас. — Мы вас прекрасно услышим, даже если вы продолжите обычным голосом.

— Простите, — сказал адмирал. — На рыбачьей лодке часто приходится выкрикивать приказы, иначе люди не расслышат их сквозь шум ветра, волн и хлопающих парусов.