Шрифт:
— Я тоже догадываюсь. — Наташа успокаивалась. — Сколько у вас длится свадебный пир?
— Неделю. Иногда больше. Пока не разъедутся гости.
Она вздохнула. Неделя… Так долго. Вырвалось неожиданно:
— Мне неуютно здесь. Чужое всё.
— Вспомни свою первую ночь у нас, — коснулся плечом её плеча. Не отпрыгнула.
«Да, он прав. Ночка была незабываемая», — усмехнулась своим мыслям. Дитрих, скорее всего, о её приключениях ничего не знает:
— Как вам показался пфальцграф? Не верится, что такое возможно и он мой отец. Получается, я вернулась домой? — Вовремя замолчала, прикусывая язык.
— Фон Россен… Не знаю. Первое впечатление хорошее.
Луна поднималась выше. Дорожка серебристого света стекала на камни мостовой, приближаясь к месту, где они сидели. Наташа наблюдала за ней, не замечая, что барон не спускает с неё глаз, как хмурится от невесёлых мыслей.
— Хозяйка, — в оконную решётку упёрлось лицо служанки, — мы всё прибрали и постелили.
— Можете идти.
— Твои покои? — кивнул Дитрих.
— Да, защита на окнах.
— Правильно. Внутренний двор ограждён на славу. Долгую осаду выдержит.
С такой стороны девушка о замке не думала. А он прав! Снаружи окна высоко и закрыты ставнями. Ворота крепкие. Колодец имеется. В подвале должен быть запас провизии. Если прорваться в первый двор, то сюда… Тьфу! Зачем она об этом думает? Стала уже практичная, как средневековая леди.
Уходить не спешила. От мужчины веяло теплом и покоем. Прижимающееся к ней плечо расценивала, как дружескую поддержку. Знала, что с отъездом барона всё изменится. Порвётся связующая нить с Герардом. Начнётся новый отсчёт времени. Нет, всё же лучше разойтись.
Встала, скидывая капюшон:
— Пора. Вам тоже нужно отдохнуть. — Шагнула в полосу «неона».
— Подожди, — вскочил следом, разворачивая за плечи, притягивая, зашептал: — Наташа… Люблю тебя…
Обожгла тёмным удивлённым взором. Уперлась в его грудь руками, отстраняясь:
— Не смейте.
Не выпустил. Сжав её лицо в ладонях, целовал холодные щёки, глаза, скользил по сомкнутым губам, срывая пьянящие поцелуи у вырывающейся девы.
— Пустите… — шипела она, как разъярённая кошка, молотя кулачками по каменным мышцам плеч.
— Знаю, нельзя… Знаю, любишь брата… Ничего не могу с собой поделать… Страшно за тебя.
Вырвалась, мазнув по его щеке ладонью…
Чёрными крыльями ночной бабочки метнулась накидка.
Хлопнула дверь в чужой мир.
Стоял в дорожке мертвенного света, бесцельно блуждая взором по слепым оконцам.
Стонала душа, опалённая безответной любовью: «Почему не я?..»
В её опочивальне теплится едва заметный огонёк.
В проёме рядом растаял зыбкий силуэт. Покои сестры… Подсматривала…
Глава 3
Графство Бригахбург
Быстрый беспокойный «хохот» филина вывел из задумчивости. Аланы, навострив уши, рванули на звук. Герард осмотрелся, прислушался. Что забыл в его парке ночной хищник? Вот, теперь он «гудит». Дойдя до задней калитки в крепостной стене, граф повернул в сторону конюшни. Лунная безветренная ночь сулила хороший день.
Поднялся в свои покои. Глаза слипались. Присев на ложе, задумался. В ступне пульсировала боль. Он весь день провёл на ногах. Ирмгард оказался плохим помощником. Это понятно. Волнуется перед пиром. Бледный, рассеянный. Очень не хватало Дитриха, его смеха, поддержки. Мысли о Леди гнал прочь. Пока с ней брат, можно не волноваться. В обиду её не даст.
Несколько раз за день ноги сами приносили его в покои любимой. Сладкий цветочный запах чувствовался остро. Приказал не делать там уборку и не селить гостей. Она снова его удивила. И не просто удивила…
После «заточения» графини поднялся в покои Птахи. Стражник у двери вызвал недоумение.
— Почему ты здесь? — распахнул дверь, заходя, охватывая пространство беглым взором.
— Так вы велели охранять госпожу.
От мелькнувшей догадки, насторожился:
— Ступай в казарму, — прикрыл створки.
Что получается? Она вышла из покоев не через дверь? А он думал, что сын вывел её. Ушла через ход?
— Дьявол! — шагнул к тайной двери, толкая.
Конечно, как же ещё? Проныра! И как ей удалось его обнаружить? Насколько давно? Вернулся на её ложе, падая на подушки. Пахнут ею. Глубоко вдохнул, закрывая глаза, вызывая воспоминания о проведённой с ней ночи. Тело скрутило от одного только вдоха. Вскочил, направляясь в кабинет.
На лестничной площадке остановился, заглядывая на первый этаж. Окунулся в жар от камина, вдыхая запах настоянных приправ. Сновала прислуга. Берта, размахивая лопаткой, распекала девок. Запарилась. Скорей бы прибыла новая экономка. Рабыни скребли скамьи. Раб… Раб и иноземка. Она неспроста настаивала на его свободе. Хотела выкупить. Да, раб сбежал. Бесследно. Псы след не взяли. Странно. Мелькнувшая мысль опалила: