Вздрогнула, услышав резкий звук поднимаемой решётки. Заторможенное движение открываемых ворот. Проход, усыпанный соломенной трухой, поглотивший их, оказался короче, чем в замке графа Бригахбурга.

В вечерних сумерках широкий двор предстал тёмным и неприветливым.

Фальгахен уверенно направил всадников вправо, где под крепостной стеной обнаружилась коновязь и конюшня.

Вокруг прибывших собиралась любопытная челядь. Не спеша приблизиться, работники останавливались поодаль, переговаривались, указывая кивками на деву. Кто она, уже знали.

Дитрих, спешившись, снял леди с мулицы. Участливо заглянул в её лицо:

— Устала?

— Да, — коротко вздохнула. Скоро придётся расстаться с ним и остаться с незнакомыми людьми. — Мой рюкзак… — Утвердительно кивнула кавалеру, когда он перекинул его на своё плечо.

— Камни? — Красавчик картинно согнулся, демонстрируя, как ему тяжело.

Хмыкнула:

— Да, из вашей замковой стены. На добрую память. — Ответное «Кхе», расценила, как комплимент.

Усталость притупляла чувства. Наташа немного нервничала, стараясь выглядеть уверенной и собранной. Как никогда она нуждалась в поддержке близкого человека. Такого рядом не было. Стены трёхэтажного замка с арочными окнами, закрытыми ставнями на верхнем этаже, сеяли разлад в душе.

Под ногами утоптанный пыльный двор, без намёка на его каменное покрытие, в дождь превратится в хлюпающее месиво. По периметру вдоль крепостной стены виднеются двухэтажные деревянные жилые дома, слева часовня. В углу, где стена круто уходит в сторону, возвышается башня-донжон с одним высоким окном. За ней виднеются деревья.

Солнце садилось медленно. День не спешил угасать, как это происходит в гористой местности графства Бригах. Он словно давал возможность рассмотреть новое жилище пфальцграфини, заглядывая в укромные уголки, высвечивая караульные помещения, здания, служащие складами, ремесленные мастерские и другие хозяйственные постройки.

Герр Штольц появился сбоку. Кинувшись к девушке с поклонами, дал волю радости:

— Госпожа Вэлэри… — Целовал её руки. — Хозяину уже доложили…

Наташа от волнения не могла произнести ни слова. Опустив глаза, смотрела на мужчину у своих ног.

— Проводи нас. — Карл выглядел уверенным. Он здесь хорошо ориентировался. — Людей наших размести и накорми. — Взяв под руку пфальцграфиню, повёл к углу замка. Дитрих следовал сзади, недовольно поглядывая на осмелевшего соседа.

Пройдя через полукруглые ворота в стене, они ступили во внутренний квадратный двор замка. Девушка сдержала вырывающийся вскрик удивления. Она словно попала в другой мир.

Покрытая камнем мостовая, колодец под черепичной крышей с воротом и колесом вместо ручки. Напротив низкая дверца в кухню. Множество других дверей и лестниц, ведущих на второй этаж к длинному переходу-галерее, проходящей вдоль стены здания.

У парадной лестницы круглая клумба с разросшимся бесформенным кустарником.

Дитрих, как и леди, внимательно всё рассматривал. Они не спеша продвигались к высокой гладкой двустворчатой двери.

Герр Штольц, забежав вперёд, распахнул её, не спуская глаз с госпожи, пригласил гостей внутрь.

Здесь царил полумрак. Узкие бойницы окон, прикрытые ставнями, не пропускали свет. Слуга зажигал факелы. Наташа щурилась, пытаясь рассмотреть обстановку первого этажа. Привыкала к темноте, вырвав взглядом широкую лестницу, ведущую на второй. По обе стороны от неё уходили вглубь коридоры.

По ступеням, поддерживаемый с двух сторон прислугой, спускался мужчина. За ним просматривались две невысоких женских фигуры.

Среднего роста, худощавый, в распахнутом халате из тяжёлой ткани, пфальцграф уставился на гостью.

Девушка остановилась, замирая, всматриваясь в его лицо. Метущиеся языки огней факелов играли в его длинных русых волосах с нитями проседи, густых аккуратных усах. Тёмные глаза, прямой нос, впалые щёки. Изнурённый болезненный вид. Заметно, что каждый шаг даётся ему с большим трудом. Не дойдя до неё, остановился. Прищурившись, не спускал с лица девы внимательного сосредоточенного взора.

Она смотрела на него и… не узнавала. Шумно втянула воздух, сдерживая всхлип разочарования. То, как он её рассматривал, вызывало сочувствие.

После беглого осмотра всматривался в её черты, словно в ожидании чуда. Хриплое рваное дыхание выдавало волнение.

— Хозяин, у неё есть знак, — напомнил герр Штольц едва слышно.

Манфред фон Россен отмахнулся, недовольно морщась, как от головной боли.

Наташе показалось, что прошла вечность, прежде чем он заговорил.

Протянул руку к её лицу. Губы дрогнули, разжимаясь. Тень узнавания промелькнула на лике:

— Вэлэри… Девочка моя, — прикоснулся дрожащими пальцами к её подбородку, слегка поворачивая, — как ты похожа на свою мать. Эти глаза снятся мне каждую ночь.