(Вдох) А ведь со временем это дыхание становится только лучше. И мы ведь похожи на этого мальчика, которого несколько лет назад мы бы презирали из-за этого умения дышать по-особенному. (Вдох).

Серёжа просто дышал так же, как он делал раньше, но уже с новым мировоззрением, что опять делало его лучшим. Новый вдох прервался сильным ударом в челюсть. Некогда радостное тело падает на этот некогда такой хрустящий и казавшийся мягким снег. Отсутствие всяких движений, отсутствие каких-либо мыслей. Полнейшая тишина на несколько секунд прерывается детским криком. Пьяные разборки между супругами одной из множества несчастных семей, которые не желали знать о существовании методов контрацепции, а затем сами стали этим методом, синоним которого начинается с 4 буквы алфавита, поэтому и вынуждены жить с никому ненужными детьми, которые (тоже были когда-то одним целом с ними; вот в этих ситуациях и нельзя говорить и доверии к некогда единому организму; исключение из правила, нонсенс, диссонанс), и привели к абсолютно ненужным последствиям. Достаточно полный, обросший жирами человек, ругающийся на исконно русском древнем языке боли яростно орал на свою жену, которая и нарожала ему двух чад. В этот момент он ударил мимо проходящего мужчину, который подошёл спросить время к этому разбушевавшемуся молодцу. А Серёжа стоял в этот момент рядом, наблюдая за происходящим. Полилась кровь. Звуки сердца были слышны повсюду в его теле: в голове, во рту – звук воспринимался внутренним телом. Было полное непонимание ситуации. Он забыл, как нужно дышать, он забыл все, к чему готовился, к чему уже был готов. И все это из-за стрессового состоянии и из-за отсутствия того самого дыхания. Та громадина возвращалась и быстрыми уверенными шагами двигались к месту недавнего побоища. Сердце вновь подало признаки жизни. А что, если бы под удар он попал бы сам.. Вдруг человек не успокоится на одной жертве и решит ещё повеселиться..

А мы сейчас наблюдаем за этим со стороны, за тем, как он испугался и уходил подальше, за тем, как тот свалившейся недавно мужчина поднимался с помощью руки нападавшего. А Серёжа шёл прочь лишь потому, что он забыл, как именно нужно дышать, он забыл все эти правила, о которых мы сейчас уже знаем.

Если догнать его сейчас и спросить, что он ещё умеет, то мы не услышим ответа, потому что это лишь наши воспоминания, которые никак не могут контактировать с нами, как бы сильно нам этого не хотелось. Но мы можем вспомнить его умения.. Что же ты можешь..

– Да в принципе многое: как минимум, – проникать в твоё сознание и разговаривать с тобой. Теперь я часто буду так делать, поэтому не забывай об этом: есть мы, есть вы, есть я, есть ты. Лишь мы все вместе сможем научиться делать из обычного дыхания нечто большее, способное полностью поменять сознание.

Теперь мы готовы выслушать тот самый путь становления личности Серёжи, хоть он и находится в наших воспоминаниях, будем говорить о нем в третьем лице, как бы смотря на все происходящее со стороны, оценивая действия, поступки, события, стремясь найти единственно правильный путь решения. Он умеет дышать, к нему притягиваются люди, но ни один из них не знает, что происходит в его жизни, даже мы сами этого не знаем. На лице у него практически всегда рисуется улыбка, и не такая притворная, вызванная лишь чтобы задобрить собеседника или вызвать у проходящего человека одобрение, а настоящая, та самая улыбка, которой способны овладеть лишь часть, очень малая часть огромного мира; примерно как с тем же самым дыханием – не все способны владеть этим даром, если это вообще можно назвать даром, но это больше, чем просто умение, этому нельзя научиться, это лишь можно почувствовать, это лишь внешнее проявление внутреннего состояния, поэтому это и есть то необходимое состояние самой личности. Искренняя улыбка, симметричное лицо, пропорциональные черты лица, спортивное телосложение – всё это присутствует в нем, но нет какого-то одного качества, которое бы возвышалось над другим. Нельзя сказать, что он слишком красив собой, ведь те самые незваные гости, находящиеся пропорционально на лице, не являются признаком прекрасной обложки. Нельзя сказать, что и мускулы были достаточного размера, чтобы они становились признаком гордости. И даже та способность дышать не кажется уже сейчас чем-то особенным, ведь мы научились делать то же самое. Но это не мешало ему считать себя лучшим и неповторимым. Эгоизм ли это.. В некой степени его проявление. Но плохо ли это.. Он так не считает, и не считает, что есть в принципе плохое мышление, если оно только не противоречит закону, не мешает другим людям, не направлено на разруху. Есть вещи, установленные законодательством, остальное все разрешено и доступно для пользования и наслаждения самим человеком. Хорошо ли это.. А судьи кто.. Нет определения хороших или плохих мыслей, ведь все индивидуально и даже с тем самым человеком, с которым мы были одним целом, будут разные представления об этом, но нигде нет правильного и неправильного.

К таким выводам он пришёл спустя годы постепенного размышления и развития. Ему даже не пришлось совершать какой-то противозаконный поступок, чтобы начать думать по-новому, он даже никогда не расслаблялся в табачном дыме дешевой или более дорогой сигареты. Ведь курить плохо.. Почему.. Так навязывает общество, но он даже не учитывает эти наставления. Он решил так сам, сделав вывод, что хочет жить для себя, а в первую очередь жить со своими принципами. Жизнь, незаполненная никаким смыслом, состоит лишь из процесса, достижения целей, мечт, поэтому ему не хочется из-за секундной поблажки терять веру в высшее.

Так живет наше воспоминание, наш герой, за которым мы уже переживаем ведь он так сильно похож на нас… Он рассеивает все внешние раздражители, становясь неуязвимым морально, но не становясь при этом бесчувственным. Он мальчик. И он плачет. Он показывает свои эмоции. На достаточно трогательных моментах: в кино, в жизни, слёзы, те самые, которые были практически единым целым с ним в далеком детстве, возвращаются в глаза. Он неуязвим, но подвержен чувствам более, чем многие другие. Он плачет, у него искренняя улыбка, но он фильтрует все раздражители. После этого вновь остаётся вопрос: этот эгоизм плох или хорош..

Но что же значит фильтровать раздражители, ведь в наших воспоминаниях нет ничего похожего, связанного с подобной ситуацией.. Серёжа настолько преисполнился в сознании, что даже такие серьезные потрясения в собственной семье не могут смять его, потому что он неуязвим..

Вечер, отец неуязвимого героя одиноко пьянствует на кухне. И когда говорят, что алкоголь может сводить людей с ума, то в тот момент наступало у отца то самое время. Запой. Страшно. Неприятно. Бессмысленно. Плохо.. Если это доставляет неудобства окружающим, это противоречит предписаниям, то это плохо. Если же нет, то за человека не примут решения другие, если он не встанет на другой путь, то произойдёт естественный отбор. Плохо ли это.. Плохо лишь то, что равнодушное общество не обращало внимание на это, диктовав свои условия; плохо лишь то, что общество убило личность в этом человеке. А в мыслях, которые носил наш герой-воспоминание, не было, в принципе, враждебного отношения к кому-либо. Так плохи ли были эти самые мысли..

Кухня! Запой. Отсутствие нервов. Все это из-за неумения фильтровать раздражители. Наступают самые страшные минуты, когда человек не отдаёт себе отчёт. Так как это наши собственные воспоминания, то будем наблюдать за этим разрастающимся конфликтом со стороны, называя их «ОН» в качестве спившегося, потерявшегося себя из-за безответной любви отца; и «ОНА», что отражает потерявшею смысл, которого вовсе нет в принципе, индивида, с которым Серёжа был когда-то единым организмом.

ОН сидел в прокуренной кухне, которая стала таковой только сегодня. ОН не курил никогда, но ситуация с разводом с женой полностью подломила его. ОН изменил, они развелись, теперь его гложет это чувство, чувство невозможности что-то поменять, безысходность. Его же ошибка сделала его же жизнь хуже. Человек сам виновен в своих проблемах, сам должен их решать, сам ответственен за свою судьбу. Примерно так же, как животные сами ответственны за то, выживут ли они или нет, человек играет главную роль в своей жизни, являясь по своей природе эгоистом. Так были ли плохи мысли Серёжи о новом мировоззрении..

ОН впадал в те самые прогрессивные моменты агрессии, когда его желания и действия не соответствовали друг другу, что было наиболее опасно для всех окружающих его в те нелегкие моменты пьянки людей. ОН встал, чтобы устроить новый скандал, причиной которого, по его пьяными представлениям, является отсутствие любви и внимания к этой полу спившейся и вызывающей отвращение особи. ЕМУ было чуть за 40 лет, но седина и пробоина в волосах прямо на темечке говорили, что для соответствия внешности было бы неплохо накинуть ещё лет 10. Хоть он и был одним из автором нашего неуязвимого героя, ОН не передал ни одной из своих черт кроме носа, что даже и очень хорошо, ведь ОН не мог похвастаться ни своим красивым лицом, ни своими золотыми зубами, которые заменяли собой уже сгнившие, раньше стоявшие белоснежные зубы, ни своей сгорбившейся спиной, которая образовалась из-за давней привычки залипать в только начавший распространяться в 2000-х годах компьютер, ни даже своими плечами, которые и вовсе находились на разном уровне. Все это тело представляло какое-то нелепое и жалкое в целом проявление, ухудшающееся в тот момент пьяным полусумасшедшим видом. Дополняли антиутопическую характеристику пивной живот, который и вовсе походил на какую-то детальку, которая по задумкам бы должна отстёгиваться, и которая находится сейчас на том самом месте, чтобы придать телу ещё более нелепое выражение; как будто это не до конца трансформировавшийся робот или бракованный объект, вылитый из единого материала. Но всё это тело дополнялось в часы так называемого страдания очень сильным перегаром от 3-х летнего дорогого коньяка, находившегося в полулитровой таре. За один день могло уйти в этот пивной живот 2-3 бутылки данного раствора. И если непонятно, каково это чувствовать себя под таким количеством спиртного, то все же это состояние ближе к хорошему, нормальному и прогрессивному, ведь то, что творил ОН в эти минуты «просвещения» не описываются даже в некоторых записках психотерапевтических заведений. ОН встал и отправился к НЕЙ, чтобы проявить все свои «права», устоявшиеся в устаревшем патриархальном режиме: