Шрифт:
— Спасибо, лис, — поблагодарил Шустрик. — Очень мило с твоей стороны.
Они шли по опушке лесопосадок вдоль подножия Замкового кургана, затем снова повернули к западу, оставив Черную котловину справа.
— Я очень извиняюсь, — пробормотал Шустрик, когда они преодолели почти целую милю и оказались на крутом гребне холма. — Видишь ли, я для этого не очень-то приспособлен. Мучение… нет, помрачение… то есть, я хотел сказать, назначение… ох, запутался совсем! — Он сел и осмотрелся вокруг в угасающем свете дня. — Куда это нас занесло?
— Голая гора. Там, ниже Бутерликета. Потом Эшдейл, сам знаешь.
— И что теперь? — поинтересовался Раф.
— Пересидим — да ноги, а там вниз, за курочкой. С тобой не пропадешь. — Лис восхищенно глянул на Рафа. — Вон, экое брюхо я себе отрастил.
— Хочешь заставить нас ждать? — спросил Шустрик, опустившись задом на мокрый вереск. — Ты бы, лис, лучше спел нам, чтобы время скоротать. Есть у лисов песни-то?
— Бывают. Моя старуха придумала одну славную, только давно это было.
— Твоя мама? Правда? А как называется?
Лис не отвечал. Шустрику припомнилось смущение лиса, когда тому пришлось отвечать на вопрос о его имени, и поэтому он поспешно произнес:
— Славную, а?
— Ну, порядком была песня. Старуха и пела, как была лунная ночь.
— Пес с ней, с лунной ночью, — сказал Шустрик. — Может, все-таки вспомнишь? Раф, давай, попроси его вспомнить!
— Ой, ну тебя! Чуете овцу, вон там, внизу? Вот увидите, я разорву ее на кусочки!
— Ага, одни от ей куски и останутся, как ты ее увалишь. Плюх-плюх по барашку, хватай за ляжку и тащи!
— Ну так пой тогда, лис! — проворчал Раф. — Если это тебе легче, так спой что-нибудь.
Некоторое время лис молчал, катаясь на спине по камням и скребя их когтями. Шустрик терпеливо ждал; по носу его текли струи дождя, стекая из ямки в его дырявой голове. Он промок до костей. Тем временем вверх по дороге протарахтела машина, и когда ее фары уперлись в утес Толстая Бетти и машина на малой скорости стала спускаться вниз по склону, лис запел:
За камнем лис в засадеСидел себе молчком.Нес ветер запах уток —Усы его торчком.Не дурень фермер, он хитер,В сарае у его запор.Но, глядь! А уток недобор!Ага! — И лис подпрыгнул!— Потрясающе! — одобрил Раф. — Продолжай! Лис не заставил себя долго упрашивать.
А следующей ночьюЖена вопит в хлеву:«Ну, попадись мне этот лис!Все лапы оторву!»В клети, в амбаре и в тени,Кругом горят ее огни —Ты в сточный желоб загляни!Гей-гоп! — И лис подпрыгнул!Шустрик радостно тявкнул, и после короткой паузы лис допел свою песню до конца.
И вот огни погасли.Все тихо и темно,Старик сердитый смотритДесятый сон давно.Но вот рассвет открыл глазамКурячьи перья тут и там!А как же лис забрался к нам?Старик тут и подпрыгнул!Туман тебя укроет,И папоротник — дом,У лиса нос и лапы,Он след метет хвостом.Хоть тявкай ты и хоть молчи.Ходи, высматривай в ночи.Хватай добычу и ловчи,Пока во Тьму не прыгнул!— А что сталось с твоей мамой? — спросил Шустрик.
— Собаки, — промолвил лис равнодушно и принялся вылизывать лапу.
К ночи дождь почти прекратился, но соленый ветер задувал по-прежнему, относя их запахи к востоку. Далеко на западе, за долиной Эскдейл, небо еще мерцало в последних лучах уходящего дня. Глубоко внизу теперь ничего не было видно, но от острого слуха и нюха троих животных не укрылось ни одно движение местных овец в шуршащих папоротниках. По дну долины медленно шли две овцы, а позади них тащилась третья, она все больше и больше отставала от своих товарок. Взглядом лис подал команду, и охотничья партия, где каждый знал свой маневр, начала кружной спуск.
— Житья от их нету, — с упором сказал Роберт Линдсей, не забывая, однако, следить, чтобы стоявший в баре гул покрывал его голос. — Нету житья, и все тут, и верное, Гарри, дело, собаки, самое верное дело. Режут ярок для прокорму, такие дела.
— Во как? — Тайсон затянулся и опустил глаза, потряхивая кружкой и гоняя вкруговую остатки пива.
Пока что он оставался глух ко всем намекам и наскокам. Роберт, не любивший спрашивать в лоб, вынужден был констатировать, что ему ничего не остается, кроме как брать быка за рога.
— Я это, Гарри, вишь, тут один мужик в банке, в Брафтоне, грил, что ты, это, грил Джеральду Грею, который с «Мэнора», что из этого вашего, как его, центера собаки сбежали…
— Во как?
— Дело нешуточное, Гарри, овечек-то режут, нашему брату, у кого овцы на выпасе, просто напасть какая. Ежели Джеральд просто так брехал, то…
Тайсон заново раскурил трубку, приложился к кружке, уже показавшей дно, и снова уставился в нее задумчивым взглядом. Роберт, которому природная интуиция безошибочно подсказывала, когда надо прекратить нажим на собеседника, молча ждал, вдумчиво разглядывая выложенный сланцевой плиткой пол. Одним из его многочисленных талантов было умение выдерживать паузу и не выглядеть при этом ни растерянным, ни неловким.