– Да, я знаю этих людей, Денис Анатольевич, и сам лично могу управлять автомобилем. К чему эти непонятные расспросы?

– Мне очень нужно перегнать из окрестностей Барановичей в город четыре грузовых автомобиля. Да и потом оставаться при них водителями…

– Я сейчас же выезжаю. По пути заеду к названным персонам, но не уверен, что они сразу согласятся на столь рискованный шаг.

– Что касается безопасности, то я готов гарантировать, что ни один германский солдат не будет в состоянии причинить им вред. Если не застанете меня в депо, езжайте на центральную станцию, штабс-капитан Дольский объяснит, где меня найти…

Фон Абихт приехал через полчаса, наполненного тревожными предчувствиями и звуками теперь уже почти непрекращающейся стрельбы. Видно, штурмовики крепко сели на хвост гансам и, как могли, тормозили их продвижение к городу. Но, тем не менее, немцы пусть медленно, но двигались, и времени оставалось совсем мало. Поэтому когда инженер с двумя дядьками достаточно пожилого возраста появились в поле зрения, стало возможно вздохнуть с облегчением.

– Вот, господин капитан, знакомьтесь: Ян Станиславович Трушевич и Василий Богданович Адамович.

– Очень приятно, господа. Согласны ли вы помочь нам? Нужно перегнать четыре авто, которые стоят в полутора верстах от города, сюда. Если вы согласны, выезжаем сейчас же. Охрана будет обеспечена, так что вашей жизни и здоровью ничего не угрожает…

До заветной рощи добрались без приключений, да и если бы таковые намечались, полувзвод штурмовиков, посланный Дольским в качестве конвоя, быстро бы разрулил все проблемы. Так что больше всех волновался «таксист», да и переживал он, скорее, за сохранность своей пролетки при движении по пересеченной местности. На большой поляне нас ожидает сюрприз. Четыре красивых таких машинки с установленными в кузовах пушечками для меня и около полусотни аккуратно сложенных немецких трупов для остальных. Блин, штурмовики же тотальную зачистку проводили!.. А у местных после всего увиденного лица белые и глаза круглые…

– Господа, давайте не будем зевать по сторонам, времени очень мало! – Пытаюсь настроить водил на более активные действия. Кажется, помогло, автобусники двинулись к машинам, только фон Абихт, задержавшись рядом, спрашивает вполголоса:

– Денис Анатольевич, вот… это всё… как можно?..

– Простите, Витольд Арнольдович, а ля гер ком а ля гер. Война живет по своим законам. Перед бойцами была поставлена задача захватить батарею в целости и сохранности. Они это сделали точно и в срок. Смею заверить, что ни одна статья конвенции не была нарушена, если Вы про это…

– Нет, простите, Вы меня не так поняли… Сколько Ваших солдат здесь участвовало?

Оглядываюсь вокруг в поисках командира штурмовиков, затем подзываю его к себе:

– Петрович, сколько у тебя людей?

– Полтора десятка, да Вы, Вашбродь, еще двадцать привели. – Негромко, но уверенно рапортует фельдфебель.

– Простите, любезный… И вы всех германцев полутора десятками солдат?.. – Инженеру не терпится удовлетворить свое любопытство.

– А чё тут сложного? – В голосе фельдфебеля сквозит недоумение. – Детская задачка. Сняли часовых, а потом…

– Всё, Петрович, смотри по сторонам, сейчас заводим моторы и уходим. – Не хватало здесь еще профессиональные секреты раскрывать. – Предупреди охранение.

Старый вояка обиженно смотрит на меня, мол, не позорь перед людьми, потом до него доходит, что в присутствии посторонних иногда лучше молчать, чем говорить, и он, изобразив вид «лихой и придурковатый», возвращается к своим «кентаврам».

– Да, господин капитан, я, признаться, когда услышал, что Вы собираетесь удерживать город до подхода основных сил, не совсем в это поверил. – Инженер задумчиво смотрит вслед ушедшему штурмовику. – Теперь я думаю немного иначе… Ладно, пойдемте к нашим железным лошадкам…

Обратный путь занял чуть меньше времени, но, въехав в город, слышу оживленную винтовочную пальбу с западной окраины. Поэтому быстренько заруливаем на Центральную, оставляю трофеи с водителями под охраной штурмовиков и мчусь на блок-пост, где меня уже встречает оживленно-радостный Дольский.

– Началось, Денис! Только что германскую разведку завернули обратно! Теперь жди остальных, я – к себе на станцию. У меня три группы вернулись, докладывают, что на подходе батальон пехоты. Они его пощипали как следует, сейчас наберут патронов, и – обратно. За ним две батареи, но те нескоро появятся, – мои умники не смогли подойти вплотную, так перебили почти всех лошадей. Потери с нашей стороны – двое легкораненых, остаются в обороне.

– Гансы наши сюрпризы не обнаружили?

– Нет, до завала они не дошли. Отогнали ружейным огнем, пулеметы не задействовали, хоть и пришлось повысить голос на прапорщика… Всё, принимай командование, а я к своим поскакал.

– Анатоль, я с Полесской к тебе броневик отправлю, ближе будет до блок-постов добираться. И прапору-артиллеристу новую задачу поставлю, так что устрой ему экскурсию по загашникам, пусть поищет снаряды для новых пушек.

– Добро! – Дольский улыбается, вскакивает на свою Молнию и уносится прочь, сопровождаемый пятеркой «кентавров». А я бегу к телефону обзвонить всех и узнать, что новенького творится в мире. Первым делом – Полесская. Телефонист с посыльным находят Пепеляева за несколько минут.