София удивленно моргнула. — Ну… Алекс, видишь ли, если питону будет нечего кушать, он может съесть что угодно. Но у людей тоже так бывает. Пока у питона есть другая пища, он не станет кушать маленьких мальчиков или девочек. — Дядя Адриан иногда шутит слишком много, — заключила Агата с какой-то мудрой взрослостью. — Нужно быть серьезнее.

— Согласна. Так… время почти обеденное. Возвращаемся в детскую, оставляем там бумагу и карандаши, моем руки и идем в столовую. Наследники воодушевились. И София знала точно — они всегда радовались наступлению обеда не потому что проголодались, а потому что хотели видеть родителей, особенно отца. И пусть в этом не было никакого толку, но София тоже очень хотела увидеть императора.

Просто увидеть — и все. Ей этого будет достаточно.

В детской, разложив принадлежности для рисования по местам, София повела детей в ванную — мыть руки. Агата справилась сама и быстро, а Алекс, намылив руки почти до локтей, долго не мог смыть пену, смеялся и шалил, брызгаясь во все стороны. А когда наконец София с ним справилась и вышла из ванной, то обнаружила Агату увлеченно рассматривающей начинку в откусанной конфете.

— Агата, — София покачала головой, — ну что же ты? Сейчас пойдем обедать. Положи обратно в коробку, потом доешь.

— У нее странный вкус, — сказала наследница, и конфета вдруг выпала из ее пальцев. — Ой, плохо… София только успела заметить, что Агата сильно побледнела, как с грохотом распахнулась дверь детской, и в комнату вбежали охранники. Один из них подхватил на руки девочку, которая была уже не бледной, а какой-то бледно-зеленой, а второй, оттеснив к стене Софию и Александра, громко говорил:

— Виго, код А. Покушение на ее высочество Агату, вероятно отравление. Вызываю врача и дознавателей. Император? — Секундное молчание: охранник слушал ответ. — Есть. Ждем.

— Софи, что с Агатой? — спросил Александр тревожно, подергав девушку за юбку. София подхватила его на руки, чтобы наследник не видел, как второй охранник кладет потерявшую сознание Агату на диван, и тихо сказала:

— Все будет хорошо, не волнуйся. Она сама была не в силах осознать происходящее. Отравление? Агаты?! Но зачем травить маленькую семилетнюю девочку?! — Айла Тали, вам с наследником нужно выйти. Пойдемте, я провожу вас в салон, — послышался где-то над ухом голос охранника. Перед глазами все расплывалось, и София, моргнув, неожиданно осознала, что почти плачет.

— Да-да, конечно, идем. А… император? — Ему доложат о случившемся. Думаю, он скоро будет.

— Софи… — шепнул Александр ей на ухо дрожащим голосом, и она, выйдя из детской и двигаясь перед охранником в сторону салона, постаралась выдавить из себя улыбку и произнести как можно спокойнее: — Не волнуйся, Алекс. Агата просто съела что-то не то. Сейчас придет доктор, посмотрит, даст ей какую-нибудь микстурку, и все будет хорошо.

мальчик кивнул, кажется, немного успокоившись. — мама говолила ведь — не надо есть конфеты до обеда. А Агата не слушалась!

— Да, так делать не надо. — А папа с мамой… плидут? София вздохнула и, не выдержав, легко поцеловала наследника в щеку. — Конечно, придут. Конечно, Алекс. *** Когда Арен услышал от Виго Вамиуса, начальника охраны дворца, о случившемся, он, приказав не беспокоить Викторию, тут же завершил совещание с Арчибальдом и шагнул в камин.

В детской никого не было, кроме Роба — одного из охранников дочери, — и самой Агаты. Она лежала на диване и выглядела…

— Ее высочество жива, ваше величество, — проговорил охранник быстро. Он и сам был белее снега, и волны эмоций от него шли тяжелые, неприятные. — К сожалению, я больше ничего не могу сказать… Айла Родери мы уже вызвали, он с минуту на минуту должен быть.

Император кивнул, подошел ближе и, сев на пол рядом с Агатой, положил ладонь дочери на лоб. Энергетический контур пульсировал — это плохо, значит, есть проблема, которую организм пытается решить магией. Ментально Агата не отвечала — тоже не очень хорошо, в глубоком обмороке. Кровь…

— Роб, дай нож. Охранник протянул императору небольшой нож с тонким лезвием, и Арен аккуратно порезал кожу на тыльной стороне ладони дочери. Наклонился, понюхал — кровь пахла необычно, слишком резко. Лизнул — горько.

Горько Арену было и в душе, но он изо всех сил старался не думать об этом. Не отчаиваться. С Агатой все будет в порядке, Альго очень сложно отравить. «Но не невозможно», — подумал он и сжал зубы. — Ваше величество…

Арен обернулся. В детскую заходили его личный врач Тадеуш Родери, пожилой маг с седыми волосами и бородой, и Гектор Дайд с двумя своими сотрудниками. — Посмотри мою дочь, Тадеуш. Гектор, подожди несколько минут. Можешь пока опросить Роба. — Император указал на охранника. — Когда поймем, что с Агатой, тогда уже исследуешь комнату.