— может, кому-то из них нужна аньян? — задумчиво спросила Элиза и тоже взяла булочку. — Вряд ли, — улыбнулась София, принимаясь наконец за кашу. Что-то еще она сегодня точно не осилит — слишком уж нервничает. Выпьет только чай. — Я склоняюсь к первому варианту. Аньян для слуг.

Сестра мечтательно вздохнула. Да, среди ее любимых книг истории о принцах и принцессах были самыми любимыми. А еще лучше — об обычных девушках, которые становились принцессами после свадьбы с принцем. И пока еще Элиза находилась в таком возрасте, когда тот факт, что настоящие принцы вообще не могут жениться на обычных девушках, был полностью безразличен.

Сразу после завтрака София, обняв маму и сестер, начала строить пространственный лифт на Дворцовую площадь.

Во все времена маги и не-маги мечтали научиться переноситься в другое место быстро, а еще лучше — при помощи специальных кабин. Кабины для писем (почтомаги) или небольших грузов существовали, а вот перенос человека пока был невозможен. Насколько София знала, разработки на эту тему велись и ведутся артефакторами, но о каких-либо открытиях еще не объявлялось.

Перенестись было возможно не в любое место, а только в разрешенное. В каждом доме существовала комната для переноса (обычно ею делали прихожую), куда гостям требовалось получить допуск перед тем, как переноситься. Да и в городе просто возникнуть посреди любой улицы было нельзя. В Грааге* (*столица Альганны) было пять площадок для пространственных переносов в разных концах столицы. Одна из них находилась на Дворцовой площади, откуда можно было попасть в императорский дворец несколькими путями. София предпочитала прогулку по Дворцовой набережной вдоль реки. Зимой там бывало слишком холодно, но сегодня погода теплая, и она решила попробовать прогуляться. Да и время еще имелось.

— Удачи, — прошептала Синтия Тали, нервно блестя глазами. София видела, что мама очень надеется, да и сама она не могла перестать испытывать похожие чувства, которые, скорее всего, окажутся напрасными. Ну кто в здравом уме возьмет на работу в императорский дворец молоденькую девушку почти без опыта, нетитулованного слабого мага? Они наверняка подбирают лучших, а София никогда не считала себя лучшей.

Кивнув матери и вписав в формулу пространственного лифта константу перемещения, через несколько томительных мгновений София оказалась на Дворцовой площади. В лицо ударило яркое весеннее солнце, послышался птичий гомон и чей-то веселый смех, и воздух был таким легким, невесомым… Какой же замечательной погодой началась эта весна!

София, сойдя с каменной площадки для переноса, двинулась через площадь к набережной, продолжая размышлять. Конечно, она была хорошо знакома с этикетом аристократов — все аньян были обязаны знать его независимо от собственного происхождения, — но как именно подбирались кадры во дворец, София не имела понятия.

Это же совсем разные вещи — обслуживающий персонал для императорской семьи или для собственно служащих. Занимаются ли этим разные люди? Или одни и те же? И насколько сильно отличается зарплата аньян венценосных детей от аньян обычных ребятишек?

София улыбнулась и покачала головой. Наверняка разница существенная… но вряд ли про ее честь. Если попасть в аньян для детей слуг шанс еще имеется, то уж мечтать воспитывать Альго совсем глупо. Даже несмотря на закон, принятый месяц назад…

София хорошо помнила, что ему предшествовало. Впрочем, помнила не только она — вся страна до сих пор гудела от обсуждений и сплетен. Ничего удивительного — во время празднования Дня Альганны императора чуть не убили за его идеи о реформации общества. Он спасся, уничтожив заговорщика на глазах у тысяч людей — в том числе это видели мама Софии и Элиза, — и исполнил все обещания, приняв закон о ненаследственной передаче титулов. Аристократия в своем большинстве этим была крайне недовольна, поэтому София очень сомневалась в возможности устроиться аньян императорской семьи. Даже если его величество терпим к нетитулованным магам… То, что заговор против императора возглавил его собственный брат, говорило о многом. Значит, не все Альго поддерживают Арена. И стоит ли нарываться на конфликт ради какой-то аньян? Гораздо проще взять на работу аристократку. Так можно хотя бы избежать ругани в семье.

София понимала, что рассуждает об этом исключительно на нервной почве. Толку гадать, если в ближайшее время она увидит и узнает все сама? Императорский дворец, окруженный парком, приближался, и она, невольно выпрямляя спину и бледнея — веснушки на лице выделялись все сильнее с каждым шагом, — поправляла сумку с документами и… молилась.

«Защитница*, помоги, прошу! Помоги не ударить в грязь лицом, не смущаться и… получить эту работу! Нам она так нужна…» (*Люди в Альганне верят в двух богов — Защитника и Защитницу, потомками которых считается императорская семья.)

Дворец, выстроенный из светлого камня, похожего на чистейший белый снег, впервые в жизни пугал Софию до дрожи в коленках. Раньше она им восхищалась… но только не в эту секунду. — Все будет хорошо, все получится, — шептала она самой себе под нос, то ли веря, то ли не веря в эти слова, и сердце билось неровно и взволнованно. — Даже если не выйдет, ты хоть увидишь, что там внутри, потом будешь внукам рассказывать…

«Каким внукам? Если вам с мамой придется продать магазин или квартиру, до внуков ты можешь и не дожить».

София упрямо вздыхала и, морщась от собственных сомнений, стискивала зубы и шла вперед. Она действительно хорошая аньян, действительно. Лучшая на курсе! У нее обязательно получится. Обязательно!

Войти в императорский парк оказалось не так просто — возле ворот на входе был пост охраны, пришлось назвать себя, сообщить, зачем ей во дворец, показать необходимые документы, расписаться в ведомости, получить пропуск и сопровождающего.

Сопровождающий — веселый вихрастый мальчишка лет четырнадцати, такой же рыжий, как сама София, одетый в чистый костюм цвета весенней листвы, — как только они отошли подальше от поста охраны, поинтересовался, едва ли не подпрыгивая: