Какой белый песок! И такой горячий, что уже хочется снять обувь. За их спинами — лес, но не обычный, а немного странный — стволы у деревьев лысые, красноватого оттенка, листва только на макушках — мясистая, длинная, не листья, а почти трава. Небо синее-синее, ни облачка, а море — о-о-о, Защитница, какой цвет! — лазурно-бирюзовое…

Тепло, даже жарко, и в воздухе так чудно пахнет свежестью, но не такой, какая бывает в Грааге весной, а совсем другой, очень влажной и насыщенной.

— Вам нравится? София наконец посмотрела на Вано — и оторопела от удивления. Лицо его полностью преобразилось. Стало радостным, светящимся, и как будто даже более молодым. Можно было бы подумать, что он рад прибытию на море, но Вагариус на воду и вовсе не смотрел.

Он смотрел на Софию. — Да, очень. Очень, Вано! — Я рад, — сказал он тепло. — Жаль, что это было не мое приглашение. Это придумал император. Сам я до сих пор не понимаю, что могу сделать для вас.

— Не надо ничего делать, — произнесла София с горячностью. — И вообще все вы хорошо придумываете. Мне нравится с вами общаться, правда. Глаза Вано вновь стали грустными, и она поняла, в чем дело, когда он вздохнул:

— Жаль, что я не видел, какой вы были в детстве. — Такой же рыжей, как сейчас. — София запнулась, поняв — ей тоже жаль, что она не познакомилась со своим дедушкой в то время, когда была еще девочкой. И эта мысль заставила ее произнести то, о чем она думала уже давно, но не решалась предложить: — Называйте меня на «ты», пожалуйста.

Он улыбнулся, и глаза его вновь вспыхнули радостью. — Ты тоже, Софи. — Я постараюсь. ***

У Арена давно не было настолько хороших дней, совершенно не обремененных обязанностями. Вместо себя он оставил Арчибальда, попросив беспокоить только в крайнем случае, и, Слава Защитнику, никаких крайних случаев не произошло. Все вокруг него излучали только радостные эмоции, даже охрана. А особенный поток радости, конечно, шел от Софии. Она была просто в восторге, и так щедро делилась этим с Ареном, что он весь день пребывал в отличном настроении.

Было любопытно наблюдать за их отношениями с Вагариусом. Они друг другу нравились, но осторожничали, стараясь не навязываться, но при этом и Вано относился к Софии с огромным трепетом, и она к нему — с большой нежностью. Он два раза сказал ей, чтобы поправила панамку, иначе голову напечет, а она ему трижды — чтобы не пил слишком быстро холодный коктейль, а то заболит горло. Это было так мило и трогательно, что Арену на мгновение даже стало немного стыдно перед Вано за свое желание обладать Софией. Но только на мгновение. В конце концов, она не маленькая девочка, сама вольна решать.

Когда все расположились на пляже, София, к удивлению присутствующих, достала из сумки детские формочки для песка и обратилась к наследникам: — Будете строить песочный замок? Агата и Александр раскрыли рты и застыли. Когда-то они строили такой замок с Вирджинией, но уже забыли об этом.

— Идите сюда, — поманила их София. — Покажу! Через пять минут на пляже кипела работа. Агата, Александр, София и — ну надо же! — Вано работали совочками, формочками и руками, выстраивая огромный песочный замок. Арен, вернувшись после заплыва вместе с Викторией, хмыкнул, поглядев на их труды, и поинтересовался:

— Софи, где ты научилась строить такие замки, если никогда не была на море? Она подняла голову, улыбаясь — но тут же ее опустила, обдав его трепетным жаром. Смутилась. Император в одних плавках, с капельками воды по телу — непривычное зрелище.

Но какие же приятные эмоции… — Вы мне не поверите, ваше величество. — Поверю, Софи. Как я могу тебе не поверить? Ты совсем не умеешь обманывать.

Агата захихикала, а следом за ней засмеялся и Александр, и сама София. Вагариус тоже улыбнулся, посмотрев на свою внучку. — Не в этом дело, — сказала маленькая аньян, вновь подняв голову и поглядев на Арена уже без смущения. — Просто это нелепо. У нас предмет был такой в институте — детский досуг. И там нас всему учили. В том числе — строить замки из песка.

Это действительно было настолько нелепо, что Арен на секунду застыл, представляя группу студентов, занимающихся строительством песочных замков во время семинара.

— Какая прелесть, — произнес он, смеясь. — мне нравится. И какие оценки ты получала за свои замки, Софи? — Высшие, ваше величество. Минут через десять Арен забрал Агату и Александра в море и, поплескавшись уже с ними, отпустил затем плавать и Софию с Вано, оставшись с детьми вместе с Викторией. Плавала их аньян, как оказалось, отлично. А вот жена совсем плохо строила замки из песка, впрочем, как и он сам, так что дети с нетерпением дожидались возвращения Софии из моря.

— Ваше величество… — подошел к Арену один из охранников, в то время как Виктория вновь пошла плавать, а София, Вано и дети продолжили строительство. — Айла Амадеус будет через пару минут.

— Прекрасно, — сказал Арен негромко. Через некоторое время, обернувшись, император заметил, что по пляжу к ним в сопровождении охранника идет пожилая женщина. Ее черные густые волосы были по обыкновению заколоты в тугой пучок на голове, скрепленный еще и магически — дабы ни один волосок не выбился. Длинное цветастое, но легкое платье — чтобы не раздеваться, — чуть задевало песок, на ногах красовались удобные шлепки, а строгое лицо с правильными чертами было озарено радостной ласковой улыбкой.