А что мужику еще для счастья надо? Брюхо сытое, крыша над головой, под рукой красивая, желанная женщина, и таких ночей впереди — десятки и сотни. Хорошо! Очень хорошо! Самое главное — даже во сне имя не перепутала. Ни Сеней не назвала, ни Петей, ни даже Рамазаном — только Васей, и это уже обнадеживает.

Второй раз проснулся уже глубокой ночью. Не сам проснулся. Кто-то меня трогал за ногу холоднющими, как лед жесткими руками и что-то непонятное бормотал. Я вскинулся, прислушался…

— Хозяин…вставай! Хозяин! К нам незваные гости!

Сна — ни в одном глазу. Охрим зря меня беспокоить не будет. Раз говорит, что незваные гости — значит, они и есть. Только — кто?

— Прошка, Минька — это что, гонцы от банкирши?

— Они, хозяин! — счастливые голоса. Стервятники…

— Почему не предупредили?! Что за херня?!

— Ты спал, хозяин…толку-то если бы предупредили? Ты бы не выспался, вот и все. А так — вот, Охрим предупредил. Банкирша поздно вечером выслала к тебе людей — вразумить, так сказать. Страдает шибко, хочет, чтобы ты тоже пострадал. Велено тебе ноги сломать и заставить снять порчу.

Сука! Вот сука! Ну погоди же…

— Прошка, Минька — дочку тоже берите в оборот. Все, я рассердился! И ведь не хотел трогать! Вот жеж сука! Ну нельзя, нельзя с ними по-хорошему!

С кем «ними»? Да с такими людьми. Богатыми, исполненными своей важности только потому, что сумели пригрести себе хороший кусочек государственной собственности. Именно государственной, потому что в нашей стране просто так заработать огромные деньги нельзя. Начальный капитал в бизнесе всегда воруют — или бюджет пилят, или же достались куски еще из девяностых, когда Россию растаскивали все, кому не лень.

Ну да, отдаю им должное — они сумели исхитриться украсть, не профукать деньги, а еще и остаться в живых после всего этого грязного дела. Но ведь большинство из этих людей и в советское время были богаты, находились у руля крупных государственных предприятий, и воровали-то они государственные деньги именно что используя административный механизм, каковым они и рулили! Так что говорить о том, что эти люди честно заработали свои миллиарды, используя только лишь свой ум и талант предпринимателя — просто-напросто глупо. Сидели на хорошем месте, за гроши хапнули свое родное предприятие, потом подсуетились, распилив государственные деньги, и только затем вложили их в нормальное дело. И вот теперь стригут купоны со своего наворованного капитала. Особой гениальностью тут и не пахнет, точно. А вот наглости, подлости и хамства — выше самого Эвереста.

— Где они сейчас, Охрим?

— Возле дома. Осматривают забор, прикидывают, как могут к нам забраться. Пятеро, все в черных масках. У всех пистолеты — длинные такие, с глушителями видать. Я такие в сериале видел. Шушукаются. Один предлагает забраться через окно, другой хочет поджечь дом, а когда ты, хозяин будешь выбегать — повязать тебя и сунуть в багажник. Третий сказал, что лучше всего просто постучать и тебя позвать. Типа — участкового требует, проблема тут в селе. Сходятся на последнем, так что жди — сейчас будут стучать. Какие будут приказания?

— Глуши всех. Не до смерти, они мне живыми нужны.

— Можно я тому, кто хотел поджигать — руки сломаю?

— Можно. Но так, чтобы калекой не остался. Он все-таки приказы выполняет, а не сам по себе сюда влез. Так что наказать надо, но в пределах нормы.

— Тогда я ему еще уд отобью! Чтобы не размножался! А то маловато будет! Поджигателей надо жестоко карать!

— Отбей, но тоже так, чтобы совсем не отвалился. Мы же не звери, в конце-то концов?

Тук! Тук! Тук!

— Товарищ участковый, товарищ участковый!

Ага, началось!

— Что там такое? — сонным голосом спросила Варя, и попыталась сесть на постели.

— Спи! — легонько толкнул я ее в грудь, и он снова завалилась на постель — Это ко мне, по делам. Не обращай внимания. Я сейчас разберусь.

Штаны я уже надел, рубаху — тоже, пока разговаривал с бесами и с Охримом. Сунул ноги в ботинки, браслет и амулеты нацепил. Интересно будет проверить — как действуют мои «деревяшки»!

— Охрим, без команды не бей. Только когда я подам тебе сигнал, понял?

— Понял! — спокойно-довольно ответил Охрим, и я невольно ухмыльнулся — ох и достанется поджигателю! Зря это он такие гнусные планы строил!

Иду вниз по лестнице. Пистолет брать не стал — так и лежит на полке над кроватью. На кой он мне, пистолет? Кстати — надо вообще его сдать в оружейку, вдруг еще потеряю. Таскать с собой все равно не буду — тяжелый, пояс оттягивает. Вместо с кобурой и запасной обоймой — почти килограмм весу. И нафига мне тогда эта железка нужна?

— Кто там? — не открывая засов, спрашиваю у пришедших.