Помню, там у меня друг был – Лёха Костоправ. В Пятигорске жил. Ставрополье. Какими закрутками он меня угощал! Пальчики оближешь! А вино? Своё, домашнее. Бананы только не росли. Разве что в теплицах?

Назначив часовых, мы перекусили и улеглись спать на подстилки из срубленного ельника, вглядываясь до рези в глазах в подступающий к горе лес. Звуки с наступлением ночи слышались один другого страшней. Так и виделось, как нас заживо поедают твари, одна другой свирепей. Чужой отдыхает.

Живот кольнуло. Думал всё – отбегался! А нет! Зря я непроверенные травки кинул в супец. Сижу теперь за елью, пятую точку комарам подставляя, и пересчитываю лопухи. Хватит ли?

Ничего страшного, впрочем, за ночь не произошло. Встав с первыми лучами солнца и позавтракав вчерашним ужином, не выспавшиеся и злые, мы пошли дальше. Искать приключений на свою попу! Такая она, армия.

Потянуло тухлятиной. И не слабой! Набрели на болото. Моя епархия. Клюква, морошка…

– Сыра бы с тухлятинкой, – позволил себе помечтать я.

– Обойдём? – спросил с надеждой мой заместитель, поглядывая за спину, на бойцов.

– Неа, – мотнул я головой. – Знаешь, сколько на болоте травок ценных? Я такой куш упускать не намерен. Идём след в след! Цепочкой! На расстоянии три-пять метров друг от друга. Передай дальше. И жерди заготовьте. У каждого чтоб была, – дал я наказ.

Передвигаться было сложно. Это не лес, а топь. В иных местах и до пояса провалиться ноль проблем. Хорошо, что я иду первым. Ведьмаков, да и магов вообще, сложно назвать людьми. Мы другие. Я спокойно могу как увеличить, так и уменьшить свой вес. Даже по воде пройтись! Хоть и не долго. Учёные так и не могут прийти к единому выводу: другая мы раса или нет? Всё спорят и спорят…

– А-а-а! Чёрт! – В очередной раз провалился один из солдат, Азеем вроде кличут. Ему помогли выбраться, и мы пошли дальше.

– Говорил же! След в след! – цыкнул я. Южане, перекривило меня. У них там не леса, а поля да огороды. Всё возделано.

Вокруг всё булькало, вода тёмная-тёмная, как ночь, пузырилась и фыркала, а островки почвы, по которым мы проходили, могли ни с того ни с сего вдруг отъехать на десяток метров в сторону. Заколдованная топь какая-то. Мне по нраву! Святополк – мой верный помощник – нёс в руках корзинку, в которую я складывал мох, соцветия и травки, ценные и не очень. Но полезные, жуть!!! Путята ее сплёл. Золотые руки. Зачем только цветочки на ней изобразил? Я же не девчонка!

Сзади послышался вскрик, не похожий на прошлые! В этом крике слышался ужас! Явно не в топь упал – болезный! Я резко обернулся, чтобы увидеть, как замыкающего утаскивает под воду жаба, обвившая его краснющим пупырчатым языком. Величиной тварь с бычка-трехлетку. Бульк – и солдат под водой. Никто и пикнуть не успел. Страшно завыл от горя рядом стоящий Богдан. Ещё бы. Лучшего друга на глазах тварь утащила.

– Стоять! Не двигаться! Ждать меня!!! – резко приказал я, нырнув в тёмные воды.

Темнота для меня не помеха. А вот дышать под водой не умею. Не будь я зельеваром и не помог бы несчастному. Глоток! И на час за ушами проросли жабры, прокачивающие воду с немыслимой скоростью. Приятные ощущения, надо сказать.

Плыть было сложновато. Глубина была большой. Везде водоросли и камыши, что затрудняли обзор. Впереди что-то промелькнуло! Как я и думал, жаба не собиралась жертву далеко отволакивать. Подождала бы, как мы уйдем, и вынырнула, схарчив захлебнувшегося бедолагу.

Зачем я вообще полез? Не мог я по-другому. Просто не мог…

Пройдясь мыслью по своим возможностям, я решил не применять ничего убойного: во-первых, не знаю, во-вторых, могу задеть заложника. Буду драться врукопашную.

Меня заметили. Василий был без сознания, воды наглотался. Это ничего… Главное, что мозг жив, успею вытащить, если потороплюсь. Почувствовав угрозу с моей стороны, эта зверюшка неведомая откинула жертву в сторону и резко помчалась ко мне, издавая глубокие, утробные звуки. Миг, и она на расстоянии удара. Очень опасно биться с ведьмаком в прямом контакте, что я и доказал, ударив вибрирующим на высокой частоте кулаком по туловищу бедной жабы. Её просто разорвало пополам. Порвал, как тузик грелку! Вода окрест окрасилась красным, а я всплыл с болтыхающимся телом Василия под мышкой. Мужики втянули его на свой островок.

Подплыл к ним и я, не забыв, впрочем, свою зелёную добычу, подтянутую за лапки. Подскочив к Василию, первым делом освободил его лёгкие и дыхательные пути от воды и тины, после чего запустил сердце. Раз, второй, и оно забилось в привычном ритме. Жив, вне опасности…

– Слава богу, – перекрестились вокруг.

Но главное мозг! Положив руки на его виски, я убедился, что всё в порядке. Мыслю – значит, существую. Меня не отдёрнули! Доверяют, или не поняли, что делаю? Короче, нечего разлёживаться, дал я ему хлёсткую пощёчину.