Здесь я поднял вопрос о сроках хранения топлива, который с некоторых пор не выходил у меня из головы. Смотрел при этом на Андрея, но оказалось, что в курсе вопроса — Алия. И она довольно бойко ответила. Сначала рассказывала она, своим грудным голосом, а потом подключился Андрей.

— Что касается ГОСТов, то там указано, что срок годности бензинов любых марок составляет пять лет со дня производства. Но при этом предполагается, что топливо будет храниться в подземных резервуарах, оно не будет нагреваться, и контакт с кислородом будет минимальным. В баках машин бензин потеряет свои качества раньше, в лучшем случае можно надеяться на один, максимум — два года!

— Ты меня успокоила, Алия, — сказал Тигран, — буду сначала сливать топливо с машин, заправки оставлю пока. Еще нужно запасаться канистрами, и хранить его в подвале.

— Правильно, полная канистра даст изоляцию от кислорода воздуха. А еще смею добавить, что хуже всего будет храниться высокооктановый бензин, в котором много легких фракций. При их испарении октановое число понижается…

— Именно так, как сказал, — ответила Алия. — Лучше всего будет храниться дизельное топливо, бензин марки 92–95 через год станет дефицитом…

— А это в первую очередь наши лодочные моторы, — вставил Андрей.

— И бензокосилка, и генераторы, и другая малая техника — это Тигран добавил по своему хозяйству.

— Не волнуйтесь, мои дорогие… На год нам всего хватит, и бензин не пропадет, а там видно будет. Что-нибудь обязательно придумаем, если захотим.

— Именно так, бабушка Аня! — поддержала ее Лейла.

— Давайте нальем по второй, и я скажу, — это Тигран поднялся с места.

— Сегодня в сердце моем радость. Хотя и сказано в писании — и живые позавидуют мертвым, но это не про нас! Раз мы выжили, то надо бороться, потому что смысл жизни — в борьбе! Давайте потом выпьем за погибших, но нам надо идти вперед. Так что, мои дорогие, идем только вперед!

— Ура, ура, ура! — приглушенно произнесли мы с Андреем под воздействием его слов, а потом выпили до дна.

При этом подумал, и угадал, что третий раз кто-нибудь предложит вспомнить погибших. Говорила Лейла, а все слушали. Сначала она сказала о родных, потом мы по очереди добавили о своих родных, затем сказала Алия за всех людей в городах и поселках, в конце бабушка и Алина добавили о бедных домашних животных…

Выпили и помолчали. Не сговариваясь, сама собой, у нас получилась минута молчания. Причем именно минута, не меньше. Видно это время требуется, чтобы в голове пронеслись образы о погибших…

А потом, как-то неожиданно оказалось, что мы утолили голод и наелись. Женщины унесли мясо, поскольку баранина быстро застывает из-за своего жира. Оставили сыры и вино. Разговор продолжился более свободно.

Женщины говорили о том, как они пережили поток.

— Я чувствовала, будто все пространство вокруг меня напряжено до звона, — это Алия делилась впечатлениями.

— А я будто оказалась в центре пламени, но горячо не было, и испугалась за маму — прощебетала Алина своим звонким голоском. — Хотя папу тоже люблю…

— Я и испугаться не успел, только сидел и ждал, умру я или нет, поделился Тигран.

— Так что мы здесь находимся, как в Ноевом ковчеге, — заявила Лейла, — активно стараемся выжить и ждем, куда нас вынесет.

— А я когда-то читала интересную версию, что Ковчег был не корабль, а нечто вроде портала в другой мир. Или на другую планету с похожей атмосферой. И животных было не по паре, а тысячи… — Это рассказывала Алия. А пока она говорила, бабушка с Лейлой поставили на стол свечи и зажгли их. Бабушка у нас часто так делает за столом. Говорит, что огонь очищает. С Лейлой они быстро нашли общий язык. Алия продолжила говорить, а я сидел и молчал, только слушал и наслаждался вечером в хорошей компании.

— Через ковчег, как портал, могла пройти только живая материя, или, как говорят ученые, биоматерия. Возвращаясь назад, люди попадали на землю абсолютно голыми, без какой-либо одежды. Животные при переходе не пострадали…

— У нас животные тоже не пострадали, только домашним плохо пришлось, если кто выжил. — Тигран сказал о животных, потом добавил еще:

— Будем ходить на охоту, буду вас учить. А еще хочу сказать, что на Кавказе много животных, которые остались без присмотра. Хочу через месяц, когда сделаем электричество в доме постоянно, пройти по горам вдоль хребта пешком. Сначала пешком, до Псебая на реке Белой, я там бывал. А дальше найду машину — и по дороге до самого Карачаевска. Это на реке Кубани в горах. Сейчас на карте покажу…

Так вот, — Тигран продолжил, — в горах осталось много овец, и коров достаточно. Помню, как мы бампером аккуратно расталкивали коров на склоне. Они нагло лежали на дороге и не хотели уходить. Так вот, хочу посмотреть, как там дела. Может кого встречу из живых людей… На Кавказе много сильных людей. А еще интересно, как стада овец и коров выживут без человека.

— И выживут ли… — добавил Андрей.

— Там еще собаки должны остаться, со стадами. Что они будут делать, тоже интересно. Они или приспособятся, научатся обороняться от хищников, или нет. Может, собаки останутся со стадами, будут их оберегать. И питаться ими, конечно, как без этого!