Я смотрел вперед, на дорогу, а родственники с интересом обозревали окрестности. Мы двигались по участку дороги до Горячего Ключа. От него повернем направо в горы. Сколько прошло с того дня, как мы здесь проезжали? Месяц прошел! Первое, что бросилось в глаза — это буйный рост травы на обочинах дороги, на площадках рынков, перед заборами селений. Особенно явно это видно на тех редких машинах, что вижу по краям дороги. Так вот, их корпуса начинают скрываться в высокой траве. Второе, что бросается в глаза — много птиц на деревьях по сторонам. При нашем приближении они поднимаются в небо. Третье и самое неприятное — это тошнотворный сладковатый запах, который несет ветер, когда проезжаем через населенные пункты.

Проехали все поселки вдоль моря — до поворота у Джубги в направлении на перевал. В одном месте на нас налетели собаки, бежали рядом с машиной, пытались хватать за колеса. Бабушка сказала, что те собаки, которые остались, должны сбиться в стаи. В одном месте было особенно тяжело проезжать — в Архипо-Осиповке. Городок потряс своей могильной тишиной и стойким трупным запахом. Хорошо, что полотно дороги было свободно. Тигран нам рассказывал, что сталкивал бампером легковые машины в нескольких местах пути от их дома до нашего. Сейчас ехали без помех. Только давили на газ и старались увеличить скорость на ровных участках, чтобы не отстать от Тиграна.

Свернули на развилке у Джубги — в сторону перевала. Здесь дорога пошла лучше, разгонялись до 110 километров в час. Единственные места, где пришлось тормозить и объезжать — это базары у дороги, в районе Горского, Дефановки, Молдовановки. Там все корзины, банки, ведра были разбросаны — это явно собаки постарались. Могли и другие животные, как сказала бабушка Аня. Так что, в некоторых местах пришлось объезжать всякие предметы. Здесь собаки не набрасывались на машины, а только лаяли издалека. В поселках у дороги также стоял трупный запах, и стаи черных птиц взлетали при нашем приближении.

Самый тяжелый участок на пути — это проезд через курортный город Горячий Ключ. Свернули с трассы в город в районе автостанции. Здесь вообще ехали, стараясь отключить сознание, чтобы ничего не чувствовать. Были запахи гари, гниения, много собак и стаи птиц. Я просто смотрел вперед и гнал вслед за Тиграном, ориентируясь на его белую машину. Потом была извилистая дорога в горах, хорошего качества, до самой усадьбы наших знакомых. Она уютно спряталась на конечном участке дороги, у реки Мокрый Сипсиль. Еще немного, и белый джип стал перед воротами усадьбы. Я плавно остановил «машина» прямо за ним. Не «машина», а «машину»… Кавказским духом пропитался, наверное, падежи стал применять, как сыны гор…

Ура! Мы приехали! Вышли и стали вдыхать удивительно чистый и ароматный горный воздух.

Первой за ворота выбежала дочка Лейлы — Алина. Потом за ней Лейла — с полотенцем, с явным намерением наказать дочь за беспечность. Кстати, одну рогатину взял им в подарок. На ее лезвии черный чехольчик от ножа, в котором он продавался в магазине. А себе еще сделаю.

Бабушка шустро подбежала в дочке Лейлы. Стала что-то говорить. А мы с Андреем степенно подошли к Тиграну и Лейле, поздоровались с ней. Стоим, переминаясь с ноги на ногу. Если Лейла невысокая, стройная и крепкая на вид, без косметики на лице, и выглядит на тридцать — тридцать пять, то ее дочь — стройная, как лоза. Смотрит на нас своими огромными карими глазами. Видно, что очень рада — дети в десять лет не могут скрывать свои эмоции. Обе в штанах, что не характерно для Кавказа, но удобно в новой реальности.

Пошли к дому. Тигран впереди, а мы гуськом за ним. Позади — Лейла с бабушкой Аней идут и тихо разговаривают. Зашли на большую веранду на втором этаже, куда вела широкая бетонная лестница. Дом сделан с размахом. На веранде стоит большой длинный стол из дуба, сделанный немного грубовато, но прочно. Стулья — штук двенадцать, под стать столу. И все покрыто блестящим лаком. Мы присели, а Лейла предложила молоко — обычное или кислое, на наш выбор. Мы с братом и бабулей выбрали кислое.

Пока выбирали, на веранду вышла стройная девушка с блюдом, на котором лежали куски порезанного лаваша. Все сразу стали смотреть — не на лаваш, а на девушку. Это была Алия, других здесь вроде нет. Ее нельзя назвать красавицей, но точеные скулы и яркие губы, без губной помады, делали ее симпатичной. Еще ей в актив можно добавить хорошую осанку, большие миндалевидные глаза и красивые брови. Нос немного с горбинкой, но не крупный, что портит иногда лица женщин на Кавказе.

— Здравствуйте! — голос не тонкий, а грудной. Мне она показалась чувственной, сдержанной, и скромной в быту.

В это время дочь Лейлы принесла кувшин, за ним второй. Все стали наливать молоко, какое кто хотел, пробовать лаваш, и разговаривать почти одновременно. Бабушка больше с женщинами, мы с Тиграном. Так посидели немного за большим столом и решили, что отдыхать будем вечером, а сейчас будем устанавливать дизельный генератор. Решать самую главную проблему в доме. Как сказали хозяева, недостаток электричества — самый большой недостаток и неудобство. Конечно, дизельный генератор не обеспечит постоянную подачу электроэнергии в дома, но перерывы будут реже. К вечернему столу должны установить дизельный генератор и подать свет.

— Пошли, Тигран, показывай свое электрохозяйство! — предложил я, и мы с братом отправились вслед за ним во двор, а женщины остались в доме отдыхать по хозяйству.

Оказалось, что наши новые знакомые разобрали забор и объединили две усадьбы. В большом двухэтажном доме жили они, причем у каждого было по своей комнате, даже у дочки Лейлы, а второй дом оставили как резерв, или для гостей. Спросили про баню. Тигран показал небольшой деревянный домик на краю второй усадьбы. Зашли и увидели две комнаты: первая как раздевалка, с лавками, но можно поставить стол. Во второй печка на дровах, чтобы подогреть воды. Это моечная. Вполне можно сделать парную, если оборудовать полки. Но это помещение использовалось как моечная, а не как баня, чтобы париться. Подобие турецкой бани — лежишь на лавке и медленно нагреваешься. Это объяснимо, поскольку у южных народов в обычае термы, а не парные, как у северных. Ничего, можно будет нагреть покрепче, камни на печке есть, и попариться. Веники приготовим — вон сколько дубов в лесу за домами.