Мужчина заметил меня, обернулся, направив на меня окровавленный меч. Он был в кожаной одежде, поверх которой крепились доспехи. А сейчас поднял и забрало, открыв молодое лицо. Похоже, он не воспринимал меня угрозой. Наоборот, на его губах растянулась какая-то нехорошая улыбка.

— Вот и мой военный трофей, — радостно воскликнул он, направляясь ко мне.

По коже пробежалась дрожь, в мыслях царил полный сумбур, когда тело действовало на голых инстинктах, вбитых многочасовыми тренировками. Я вскочила на ноги, мотнула головой, словно пытаясь избавиться от мелькнувшего головокружения, подняла руки в защите, жалея о том, что убрала мечи в рюкзак. Юноша лишь усмехнулся, он не воспринимал меня угрозой. Очень зря.

Стоило ему подойти достаточно близко, как я скользнула к нему, уходя в сторону. Перехватила руку с мечом, ударила по запястью сжатым кулаком. Так у меня появился пусть и непривычно тяжелый, но меч. Который я развернула в ладони, чтобы ударить сборщика трофеев навершием в лицо.

Воин повалился на землю, с криком прижав ладони к разбитому носу. Следующий удар лишил его сознания. Я сразу отступила от него, сильнее перехватив рукоять меча обеими ладонями. Огляделась, а когда убедилась в том, что опасности больше нет, опустила кончик меча на землю. Слишком тяжелое для меня оружие.

Боже, что делать? Что вообще происходит? Как спастись?

Я присела у дерева, провела ладонью по лбу к виску, где появилась огромная шишка с рассечением, из которого все еще сочилась кровь. Так и обнаружила, что толстовка на плече задубела. Вспомнилось, что меня задело стрелой. Нужно принять как должное, что я не на Земле, что это не видение, не галлюцинация, а реальность, которая может стать для меня роковой. Поэтому нужно бежать, спасаться, глупо сидеть на дне оврага, его тоже проверят.

Приняв решение, я уже решительно приступила к приготовлениям. Сняла с себя толстовку, оценила рану и быстро стянула бинтом. Дальше занялась мародерством. Реакция воина напугала. Девушка на поле боя. Если не убьют, то заберут трофеем, что не намного лучше. Так что кстати пришелся шлем парня, как и часть его доспеха. Какая никакая, а защита, пусть я не разбиралась в креплениях.

Кираса, надетая поверх толстовки, скрыла грудь, сделала фигуру похожей на мужскую. Волосы скрылись за шлемом, лицо за забралом. Последними я натянула наколенники и наручи. Наверх поднималась уже в наспех надетом доспехе и с мечами в ладонях.

Я с ужасом взглянула на людей, рядом с которыми бежала, что погибли под шквалом стрел. В небе парили птицы, многие уже приступили к страшному пиру. Кровь, ужасные раны, предсмертные гримасы и тошнотворный запах смерти. Никогда я не видела картины страшнее. Желудок скрутило и я согнулась, изрыгая желчь, еле успев приподнять забрало. Только было не время для слабостей.

Сбоку кто-то бросился ко мне и я сразу вскочила на ноги, вступая в свой первый бой. Руки действовали на автомате, пока сознание пребывало в шоке от увиденного. Блок, толчок, стремительный выпад и смерть. Снова к горлу подступала тошнота, но я подавила ее. Дедушка обучал меня разным техникам, но самым смертоносным. Когда-то я не понимала, почему он так строг, почему обучает меня тому, что не понадобится в жизни. Но эти знания в очередной раз спасли мне жизнь. К этому он готовил меня? В боям и убийствам?

Больше не давая себе передышки, я побежала к виднеющейся впереди линии леса. Была надежда, что я скроюсь среди деревьев.

Кажется, пробыла я без сознания довольно долго, потому что войны рассредоточились по полю. Основное столкновение уже прошло, сейчас сражались выжившие. И мой условный союзник явно проигрывал. Оставалось рассчитывать на скорость, мастерство и удачу. Правда, сегодня она была не на моей стороне.

Я бежала быстрее привычного темпа, нагнувшись вперед, и отведя мечи назад. Смотрела четко перед собой, стараясь не сосредотачивать взгляд на лежащих на земле людях. И вступала в бой только в крайнем случае. Удар давал о себе знать, болели многочисленные синяки после падения. Да и сомневалась я, что смогу составить конкуренцию бывалым воинам.

Руки действовали на автомате, мелькали так быстро, насколько возможно. Лед и Вихрь не знали устали, отбивали атаки чужого оружия, рассекали плоть, забирали жизни, окропив идеально гладкие лезвия кровью. Я пыталась лишь выводить противников из боя, ранить, но поняла, что слишком глубоко были вбиты в меня смертельные приемы. Я даже не оборачивалась, боялась увидеть, что очередной противник не поднялся.

До этого были лишь короткие столкновения с одиночными воинами, но моя удача слишком быстро закончилась. Впереди показалась группа из шести людей. Они казались условным союзников, но судя по воинственным лицам, они были иного мнения.

Шестеро? Мне сейчас и двое — много. Но провидение все же решило вмешаться. Один из противников как-то неестественно дернулся, потом второй, когда первый рухнул на землю, с торчащей из спины стрелой. И так один за другим под ровный свист тетивы и почти молниеносную смену стрел.

Взгляд отыскал лежащий на земле кинжал и я прыгнула к нему. Отбросила один из мечей, в кувырке перехватив кинжал. И вскочила на ноги, бросая кинжал вперед, когда лучник нанизал очередную стрелу, предназначающуюся уже мне. Под мой громкий вздох лезвие вонзилось в грудь мужчины. Он подался в сторону, и лук сменил направление. Стрела просвистела буквально возле уха. Я даже испуганно подалась в сторону. Пронесло. На этот раз.