– Как раз собиралась тебе звонить, - сказала я, затаив дыхание, продолжая гонку через толпу.

– Александрия? Это ты?

Мои шаги замедлились, я отошла в сторону и закрыла глаза. Я могла повесить трубку, но рано или поздно этот разговор должен был состояться.

– Брайс?

– Не уверен, что ты говоришь правду, - сказал неожиданно голос.
– Наверное, я просто рад, что ты ответила.

– Говорю правду?

– Что ты собиралась позвонить мне. Алекс, поговори со мной.

– Сейчас не самый подходящий момент.

– По-видимому, он неподходящий с того времени, как я оставил тебя после вечеринки. Я думал... Я думал, что это была хорошая ночь на берегу озера...

Я покачала головой. Я не могу этого сделать, не сейчас. Я должна рассказывать ему о Ноксе; вместо этого на ум пришел вопрос. Мне нужно было услышать ответ.
– Ты знал? – Мой вопрос прозвучал более эмоционально, чем я планировала.

– Что? Всё, что я знаю, это то, что ты снова уехала. И мы хотим, чтобы ты вернулась.

Я проглотила слезы, когда в горле образовался ком, и я вновь вспомнила о предательстве Монтегю.
– Ты знал? Брайс, ответь мне. Ты знал о планах Алтона? Ты знал о моем трастовом фонде?

– Алекс, нам о многом нужно поговорить. Я думал, у нас будет шанс в воскресенье вечером...

– Ответь на грёбаный вопрос!
– Я вовремя подняла глаза и увидела, как женщина скривилась, спеша мимо с ребенком. Сделав глубокий вдох, я понизила голос.
– Когда мы говорили на озере, когда мы говорили о Несси, и ты провозглашал свою невиновность, знал ли ты, что запланировали мои родители?

– Вот почему ты злишься? Думаешь, я знал? Я даже на сто процентов не уверен, о чём ты сейчас говоришь. Только знаю, что, когда я появился в воскресенье, твоя мать была недовольна, и Алтон сказал, что ты уехала - снова. Он сказал, что ты вернешься, но не был уверен, когда.

Он ошибается.

Брайс продолжал: - Я знаю, что прошла почти неделя, а ты не вернулась.

– Я не собираюсь возвращаться. Если хочешь знать почему, спроси Алтона.

Тон Брайса смягчился. Он был моим другом детства, тем, на кого я могла положиться.
– Спросить Алтона? Должен ли я спросить его о том, что произошло, когда ты была совсем недавно дома или когда мы были детьми?

Я сжала зубы и резко выпрямилась.

– До свидания, Брайс. Сейчас не самое подходящее время. Мне действительно пора.

– Нам нужно поговорить лично. Я устал от непрочитанных текстовых сообщений, и от того, что ты меня игнорируешь.
– Его речь замедлилась.
– Александрия, тебе не нужно ничего говорить. Ты знаешь, что я единственный, кто действительно знает тебя, кто был с тобой. Позволь мне быть рядом сейчас.

Покачав головой, я попыталась вспомнить молодого человека, от которого хотела уйти, кто душил меня, утверждая, что я принадлежу ему. Но в этот момент мой разум сосредоточился на одной истине: из всех вещей, которые когда-либо делал Брайс, он никогда меня не порол.

По щеке скатилась предательская слеза.

– Брайс.
– Мой голос надломился.

– Александрия, не бросай нас. Нам суждено быть вместе. Всегда так было.

– Я собираюсь повесить трубку, - предупредила я. Я не могла этого сделать.

– Подожди. Позволь мне сказать, почему я позвонил.

Выпрямившись, я ответила: - Только быстро.

– Я собираюсь к тебе. Нам нужно поговорить. Мне нужно рассказать тебе о твоей маме.

– Что? Что с мамой?

– Когда ты уезжаешь из Калифорнии?

Я осмотрела коридор.

– Откуда ты знаешь о Калифорнии?

– Ты о чём? Ты там живёшь - по крайней мере, пока не переедешь в Нью-Йорк. Когда переезжаешь?

– Брайс, нет. Просто расскажи мне о маме.

– У меня уже куплен билет. Я пытался сказать, но ты не отвечала и не читала сообщения. Сегодня вечером я буду в Пало-Альто. Я жду вылета из Атланты.

Черт!

– Слишком поздно. Я в Нью-Йорке.

– Ты никогда не умела врать. Увидимся вечером.

– Я...
– Он меня не слышал. Убрав телефон от уха, я уставилась на экран. Он повесил трубку. На экране появилась иконка пропущенных вызовов. Шесть звонков: три от Нокса, два от Делорис Витт и один от матери Челси, Тины.

Потребовалась секунда, чтобы добавить Брайса обратно в список контактов. Так я хотя бы буду знать, что это он. Затем, со стуком в висках и комом в горле, я позвонила Тине.

– Миссис Мур, это Алекс. Вы что-нибудь узнали?

– Мы еще не доехали. Келси пришлось отпроситься с работы. Сейчас она работает в торговом центре...

– Миссис Мур, я собираюсь сесть на свой рейс. Почему вы позвонили? – Меня меньше всего заботила Келси и её работа, или почему мать Челси откладывала поездку к собственной больной дочери.