Мячи.

В голову Кингсли летел футбольный мяч. Он перехватил его в воздухе до того, как тот нанес ущерб.

– Держи подальше свои мячи от моего лица, - сказал Кингсли, когда Сорен подбежал к нему. Он был в черных спортивных штанах, черной футболке и солнечных очках. Даже в повседневной одежде он по-прежнему выглядел как чертов священник.

– Ты едва не заработал синяк под глазом, - заметил Сорен.
– Будь внимательнее.

– Ты шутишь, верно?
– Кинглси посмотрел на мяч в руке.

– Думал, ты захочешь реванша за тот день, когда я обыграл тебя в школе.

– У меня нет на это времени, - ответил Кингсли.

– Тебе нельзя заниматься сексом две недели. Как минимум, десять свободных минут в день у тебя появилось, - сказал Сорен.

– Десять минут? Десять? Ты же знаешь, что я могу продержаться дольше десяти минут.

– Разве? Кажется, я припоминаю, как наказывал тебя несколько раз...

– Мне было шестнадцать. И я ухожу. Сэм нужно помочь с документами.

Кингсли развернулся, намереваясь вернуться на улицу.

– Трус, - сказал Сорен.

– Как ты меня назвал?
– Кингсли обернулся.

– Ты слышал меня. Ты напуган, потому что я выше тебя? Или потому, что я жил в Италии, где живут самые лучшие футболисты мира?

– Франция. Лучшие футболисты мира - во Франции.

– Я слышал, в этом году у Дании лучшая команда.
– Сорен подбросил мяч и несколько раз подбил его ногой.

– Моя школьная команда могла бы обыграть нынешнюю Данию.

Сорен запустил мяч в воздух на три фута. Кингсли поймал его.

– Ты пытаешься заставить меня играть с тобой. Не сработает, - ответил он.

– Почему нет? Боишься, что я одержу над тобой верх?

– Ты забыл, мне нравится, когда ты сверху. Но ты очень высокомерен и горд, - объяснил Кингсли.
– И я более чем способен прямо сейчас уничтожить тебя, и не уверен, что ты когда-нибудь оправишься от такого удара по твоему огромному блондинистому эго.

– Кажется, у нас появилась аудитория, - ответил Сорен, оглядываясь вокруг. Кингсли заметил, по меньшей мере, дюжину молодых женщин в шортах и коротких футболках, которые собрались, пытаясь выглядеть неприметно, но с треском провалились в этом.

– Он католический священник, - крикнул им Кингсли. Девушки засвистели.

– А он – нет, - крикнул им Сорен.

Девушку зааплодировали.

– Я не могу заниматься сексом две недели, - напомнил ему Кингсли.

– Ты же знаешь, что можешь провести время с понравившемся человеком, не занимаясь сексом.

– Ты действительно сошел с ума.

– Попробуй. Давай.

– Брось этот чертов мяч, - сказал Кингсли.

– Это наша цель.
– Сорен указал на два дерева, которые стояли в трех футах друг от друга, в сорока метрах от них.

– Может, это твоя цель, - парировал Кингсли.
– А моя цель - это заниматься тем, что я хотел делать всю жизнь.

– И что же это?
– Сорен бросил мяч между ними. Прежде чем Сорен сдвинулся на дюйм, Кингсли повернулся и со всей силой и мышечной памятью, сформированные за тысячи часов игры в футбол будучи подростком, ударил по мячу и отправил его по идеальной дуге прямо к деревьям. Мяч пролетел между ними с точностью кончика кнута, разрезавшего визитку.

Гол.

Он повернулся к Сорену и улыбнулся.

– Выбивать из тебя дерьмо.

Глава 17

Никто никогда не спрашивал, но даже если бы это и произошло, Кингсли ответил бы, что он купил особняк потому, что влюбился в ванну. Огромная по размерам, фарфоровая с золотыми вставками и когтистыми лапами, это была ванна для короля. Он мог бы жить в ней. Если он продолжит играть в футбол с Сореном, ему придется жить в ней. Он нуждался в тепле и воде, чтобы расслабить грудную клетку, где рана затянулась слишком туго. Он выгнул спину до боли и позволил воде просочиться в его шрамы. Он попытался сделать глубокий вдох, но шрам сковывал движения.

И все же, несмотря на всю боль, улыбка не сходила с его лица. Он сделал это. Он обыграл Сорена сегодня со счетом 10-6. Не совсем на это он рассчитывал, но победа над Сореном, даже в футбол в Центральном парке, была именно тем, что доктор прописал. К несчастью, это напряжение привело к возобновлению боли. Но это того стоило. Ради возможности похвастаться, это того стоило.

Пока его ноющие мышцы отмокали, он надел очки, взял книгу, которую купил вчера, и открыл первую страницу. Спустя несколько минут послышался стук в дверь.