— С удовольствием.

Через несколько минут инженер с офицером оказались в мастерской, где некогда хозяйничал Будищев. Посреди неё на треногом станке возвышалась митральеза.

— Гатлинги-то повнушительнее выглядят, — хмыкнул лейтенант.

— Зато эта конструкция легче, технологичнее, и куда эффективнее, — парировал Барановский.

— То, что легче — это хорошо, все современные корабли ужасно страдают от перегруза.

— Отчего же так, неужели ошибки при расчетах?

— Случается и такое, — пожал плечами Нилов, — но, главным образом, это плата за прогресс. Пока корабль строится, господа инженеры успевают придумывать массу новых изобретений и чтобы не отставать, приходится их использовать. А новейшие броненосцы и крейсера хоть и велики, но всё же не безразмерны.

— Кажется, это в мой огород камешек? — засмеялся Владимир Степанович.

— Ну что вы, — ухмыльнулся офицер.

Пока они пикировались, рабочие вытащили пулемёт наружу, причём, предварительно с легкостью его разобрав. По отдельности новейшая митральеза и тренога оказались, хоть и увесисты, но вполне подъемны для одного человека.

— Оригинальная система, — счел своим долгом отметить Нилов.

— Вы про станок? Действительно, причем, с самого начала предусмотрено три вида. Тот, что перед вами, а ещё колесный лафет, и тумба, для крепления на палубе.

— Ну что же, давайте попробуем?

— Никаких возражений.

Повинуясь команде офицера, матросы вскрыли цинк с патронами и передали три картонные пачки слесарями. Те сноровисто снарядили магазин и, закончив с приготовлениями, доложили хозяину:

— Готово, Владимир Степанович!

— Ну что, попробуете? — предложил тот Нилову.

— Нет, господин инженер, ваше изобретение, вам, так сказать, и карты в руки!

— Не совсем моё, — вздохнул про себя Барановский, но всё встал к орудию.

Крепкие ладони инженера привычно взялись за рукояти, и большие пальцы утопили гашетку. Громкая очередь немедленно разорвала тишину, и пулеметчика окутали клубы дыма. Экстрактор принялся выплевывать одну за другой стрелянные гильзы и магазин тут же опустел.

— Впечатляет, — оценил Нилов. — Главное, рукоять вертеть не надо и стрелок может сосредоточиться на цели. А какова скорострельность?

— Техническая — несколько больше пятисот выстрелов в минуту. А боевая будет зависеть от выучки расчета.

— Браво!

— Увы, не мне.

— Да? И кто же изобретатель?

— Один наш с вами общий знакомый.

— Это кто же? Не припомню такого, — пожал плечами лейтенант, но тут же его осенило. — Погодите, уж не про того ли вы унтера, что пытался изготовить беспроволочный телеграф в Болгарии?

— Именно, Константин Дмитриевич.

— Он, что же, здесь?

— Увы, мой друг, ушел, причем со скандалом!

— Невероятно. Но неужели такого человека нельзя было удержать?

— Долгая история и, честно говоря, не слишком приятная.

— Набедокурил?

— Можно и так сказать.

— И вы не простили?

— Да какое там, я всячески пытался его удержать! Но он ухитрился прийти в контору, когда ни меня, ни кузена на заводе не было, в пять минут обвел конторских вокруг пальца и, забрав паспорт и вид на жительство — был таков! Представляете, мы с Петром возвращаемся, а бухгалтер нам с победным видом докладывает, что Будищев, де, плакался о недополученном жалованье, но так и ушел, не солоно хлебавши, поскольку этот идиот в нарукавниках, извольте видеть, блюдет хозяйские интересы! Тьфу!

— Но я всё же не пойму, в чём выгода для Будищева? — вежливо улыбнулся Нилов.

— Я, честно говоря, тоже. Но ушел!

— И чем же занялся?

— Не поверите, открыл, точнее, собирается открыть, собственную гальваническую мастерскую.

— Каково?!

— И не говорите.

— Но всё же, бог с ним с жалованьем, но ведь за митральезу новейшей конструкции, вполне может воспоследовать награда. Неужели он этого не понимает?

— Да уж я ему и доказывал, и жалованье обещал поднять, но…

— Вот что, братцы, — неожиданно прервал излияния инженера лейтенант, — зарядите-ка сей чудный аппарат ещё раз!

— Хотите ещё попробовать? — не понял его Барановский.

— Вы против?

— Никоим образом. Но зачем?

— Есть у меня одно соображение, — хмыкнул Нилов и скомандовал: — огонь!

На этот раз к орудию встал один из матросов, очевидно, имевший ранее дело с митральезами. Он легко выпустил ещё один магазин, но уже с третьим возникли проблемы. Поначалу возникли задержки при стрельбе, а затем пулемёт и вовсе заклинило.