— Достаточно, — послышался голос Люцифера, — отныне, время вашей жатвы — полнолуние. Ад перегружен. Демоны не успевают распределять души по камерам.

— Вы слышали? — обратился Лозарг к оборотням, — возвращаемся в лес.

Стая покинула город. Они вернулись на ту же поляну.

— Чтобы снова стать людьми, вам нужно пожелать этого, — подсказал лорд.

В несколько секунд волки оборотились в людей.

— В любой момент мы можем снова сделаться оборотнями, если пожелаем этого? — спросил Артур Вальян.

— Да, — ответил Лозарг, — Герман, как твоя рука, — обратился он к раненому.

— Рана не большая, но глубокая, — пытаясь сдержать кровь рукой и стиснув зубы, ответил Босса.

Всё его левое предплечье было залито чёрной, как смола, кровью, которая не переставала течь.

— Дайте мне ремень, — приказал лорд.

Бастьен распоясался и дал ремень Лозаргу. Рану перетянули. Придя в город, лорд распустил воров, а сам потащил Боссу к Лафару.

— Леон! — кричал Лозарг, стуча в дверь. Чернокнижник спал. — Леон! — продолжал звать вор.

Дверь открылась. Сонная физиономия мага не выражала никаких эмоций.

— Входи, — сказал он, — что случилось?

— Герман ранен. Можешь остановить кровь?

— Чем он ранен?

— Крестным знамением.

Лафар вздохнул.

— Можно только прижечь, но мне нужно время, чтобы раскалить угли. Терпи, — обратился Леон к Боссе.

Чернокнижник начал разводить огонь. Лозарг затянул потуже ремень на руке Германа, который рухнул на стул от бессилия.

Городские часы били три часа ночи. Босса сидел, закатив зрачки и склонив голову на плечо. По нему струился холодный пот.

— Угли готовы, — сказал Леон.

— Герман, Герман, — пытался пробудить раненного Лозарг.

Невероятными усилиями, Босса выпрямил голову и посмотрел на лорда.

— Убирай ремень, — Лафар уже держал клещами раскалённый докрасна уголь.

Лозарг снял ремень. Кровь всё ещё сочилась. Леон приложил уголь, который полностью покрыл рану. Кровь зашипела, пошёл лёгкий дымок.

— Мне не больно, — прошептал Босса.

— И не должно. Уголь символизирует частицу ада, — объяснял Лафар, — разве тебе может повредить часть удела души твоей?

Рана затянулась и Герману полегчало.

— Он потерял много крови, — начал Лафар, — ему нужно восстановить её.

— Как? — спросил лорд.

Маг достал из-под стола бутылку с кровью.

— Вот, — показывал он, — осталось после ритуала, — Леон вытащил пробку, — капни сюда свою кровь, — сказал он Лозаргу.

— Давай нож.

Проколов себе левый указательный палец, лорд выдавил кровь и капнул её в бутылку. Кровь сразу же почернела.

— Пей, — протянул чернокнижник бутылку Боссе. Тот взял и, запрокинув её, начал пить. Чёрная кровь стекала по шее в за пазуху. Бутылка была осушена. Герман ободрился и встал со стула.

— Спасибо тебе, — обратился он к Лафару.

— Постарайся больше не попадаться под крест, — посоветовал тот.

— Иди, отдохни, — сказал Лозарг, — и отдай Бастьену его ремень.

Босса покинул лабораторию.

— Мне тоже пора.

— Доброй ночи, — вздыхая сказал маг.

Лорд прибрёл в свой подвал и повалился на кровать как убитый.

50 лет назад

Первый день декабря в этом году оказался необыкновенно тёплым, но ночью температура падала. Ночь, окутавшая тихий город Сент-Этьен, подходила к концу. Под её покровом, по улице двигалась группа людей. Кроме них никого не было. Подойдя к одному дому, неизвестные поднялись на самый верхний этаж — под крышу. Их было восемь человек. Все были покрыты капюшоном и их лиц не было видно вовсе. Войдя на чердак, они скинули с себя капюшоны. В их убежище находился только стол, стоявший посредине и имевший на себе какие-то чертежи, и, лежащие вокруг него, тряпки, судя по всему, являющиеся своеобразными кроватями. Первым к столу подошёл мужчина лет тридцати пяти, с длинными, собранными на затылке волосами и лёгкой щетиной, был очень похож на Лозарга. Он положил на стол мешок, все остальные обступили его.

— Как будем делить, Гаспар, — обратился к нему один из стоящих, у которого один глаз был повреждён — левый.

— Как всегда, Луи — поровну, — ответил тот, расшнуровывая мешок. Луи Бенар был слеп на один глаз, и поэтому уточнял всё, и даже то, что не имело отношения к проблеме со зрением. Таким уточнением и оказался вопрос о разделении добытого.

Группой, собравшихся людей, были воры. Это был тот самый, легендарный Орден Феникса.

Гаспар начал раздавать золотые монеты и драгоценности.

— Постойте, — удивился он, — а где Артур?

Воры осмотрелись.

— Куда он делся? — спросил, продолжая осматриваться Фульк Горен, имевший четыре шва на своём гладко выбритом подбородке.

— В последнее время он стал часто пропадать, — заметил Хильперик Дане, у которого на правом, покрытом плащом, плече был серповидный шрам, а голова и лицо покрыты равномерной щетиной.

— Он как-то странно стал себя вести, — заявил хриплым голосом Люк Делаж, выбритая голова которого имела по кольцу в ушах и одно кольцо в левой ноздре.