— У тебя, в конце концов, не такой уж богатый выбор. И ты в любом случае волен не делать, как она скажет, — совершенно серьезно возразил Окай, — Но можешь конечно дождаться советов от этих магических бородатых баб в платьях в пол.

Родэн молчал, молчал, потом махнул рукой:

— Если что, убью ее на месте, и не обижайся потом на меня, — прищурившись, тихо сказал, потом уже крикнул громко, — Заходи, мегера! Думаешь, я не чувствую, как ты под дверью топчешься?

Дита моментально появилась в комнате, с опаской косясь на Макса. Вид у нее был бледный, почти как у Лоры, глаза впали, красные, лихорадочно блестящие.

— Я много думала вчера ночью, Родэн, — тихо сказала вместо приветствия, — Я не буду мстить. Злоба порождает только новую злобу, ни к чему не приводит. Хорошему. Я так не хочу, я хочу жить. ЖИТЬ, понимаешь?

— Ты мне мстить еще за что-то собралась? А моей мести не боишься? — Макс сжал кулаки. Желание придушить гадину было очень велико. Окай сурово покосился на него, но решил пока не вмешиваться.

— Ну у меня тоже повод есть, не находишь? — полыхнула Дита, — Ты моего отца вчера убил!

— Надеюсь, извинений не ждешь? — криво усмехнулся Родэн.

— Не жду, — Дита глубоко вдохнула, пытаясь вернуться к спокойному тону, — И мести не боюсь я твоей. Ты не будешь из-за Окая. Ты тоже выберешь жизнь.

Макс промолчал, поджав губы. Она права, он не будет. Скользнул глазами по все еще спящей Лоре. Дита проследила за взглядом и подошла к ней. Посмотрела на место укуса, принюхалась и повернулась к нему.

— Ну, вампиром она точно не станет, мало яда, — посмотрела Родэну прямо в глаза, — Остается два варианта.

Макс весь подался к ней, слушая.

— Либо справится, либо умрет. Но сил справиться у нее почти нет. Самой.

Дита сделала ударение на последнем слове.

— И что ты предлагаешь? — тихо спросил Родэн.

Девушка подошла к окну, постучала по каменному подоконнику.

— Окай мне тут рассказывал, как тебя в шутку сделал волком на сутки, знаешь, я даже не подозревала, что оборотни подобное могут, их яд вообще сильнее нашего, — повернулась к Максу, прожигая его глазами, — Можно попробовать. Никогда не слышала о таком, но хуже уже не будет, Родэн. Это точно.

Макс удивленно смотрел на нее, а ведь девчонка может быть права.

— Даже если не получится со временным обращением. Можно ведь и полностью обратить, — смелее продолжила Дита, улавливая его молчаливое одобрение, — Ну станет оборотнем. Ну будет иногда клыки показывать, бегать быстрее тебя да заставит дом около леса купить. Думаю, перетерпишь. Зато живая.

— Насчет быстрее бегать, это мы еще посмотрим, — машинально улыбнулся Макс, потом посерьезнел, — Хорошо, и кто кусать будет, ты?

Дита замотала головой.

— Я ни разу этого не делала, страшно, а вот Окай может.

Тот молча кивнул.

— То есть ты знал, что Дита предложит? — повернулся к нему Макс, — И зачем тогда ее саму сюда притащил.

— Ее идея была, ей и говорить, — просто ответил оборотень.

— Ясно. Помирить хочешь, — пробормотал Родэн.

Потом подошел к Лоре, присел, прижался лбом к ее щеке, задумавшись.

— Хорошо, давай. Прямо сейчас, — решился.

Окай подошел и склонился над дремлющей Лорой. Поднял взгляд на побледневшего Макса.

— Я быстро, высочество, не переживай. Хорошо, что спит.

Взял тонкое запястье и впился в него клыками. Родэн скривился, вспоминая как это пронзительно больно. Лин глухо застонала, быстро приходя в себя, пытаясь вырвать руку.

— Что ты делаешь, мать твою? Ааай, — Заорала на оборотня.

— Лора, все нормально, нормально, потерпи! — Макс схватил ее за подбородок, заставляя посмотреть на себя.

— Нормально? — просипела она не своим голосом, прожигая ее бешеным взглядом, — Да ты…

И тут Окай отпустил ладонь, улыбаясь, показывая окровавленные клыки.

— Вот и все, Лин, сейчас помутит минутку и будешь как новенькая, вернее даже лучше… Ну, на мой волчий взгляд.

Она прикрыла веки, выдохнув, упав на подушки. Перед глазами и правда все закрутилось, на лбу выступила испарина, по венам будто огонь пробежал, кости заломило нещадно. Да что такое то, второй раз за сутки ее кто-то кусает. И как больно! Вампиры все-таки гораздо нежнее. Нет, в Элии Лоре определенно не нравилось.