И тут же подставил под ее ладони голову. От него пришло понимание, странное обещание и благодарность. Напоследок пепельный дракон насмешливо фыркнул и легонько ткнул ее носом и вытянул крыло, как бы приглашая полетать.

— Никаких прогулок, — строго проговорил Элкмар.

Она и не заметила, когда тот успел подойти. Оба дракона на него уставились. мол, какого черта?

— Пока существует опасность, ребята.

И такое странное чувство. Снежана вдруг осмыслила, ведь они же одного рода.

Просто разделены вот так. Это было трудно понять и принять.

Однако авторитет старого учителя был велик. Красный и пепельный драконы поднялись в воздух, заложили два виража над долиной и улетели.

Когда они скрылись из глаз, Снежана спросила:

— А Нерр мог бы стать моим побратимом?

Элкмар посмотрел на нее странным взглядом и проговорил, как отрезал:

— Нет. Ты женщина. Между вами возможен был бы только брак.

И пошел к мосткам.

А Снежана разозлилась. Женщина, значит?! Вот черта с два она даст ему сейчас уйти!

— Подождите! У меня есть еще вопросы.

— Да, слушаю тебя, — он обернулся со скучающим видом.

— О какой опасности вы говорили, и кто такой Джейдок?

Милый дедушка напрягся и вздрогнул, мгновенно превращаясь в воина. Но так же быстро и расслабился, возвращая себе прежнюю непринужденность. Не улови Снежана этот момент, могла бы подумать, что ей показалось. А он обвел глазами небо над ними, землю и воду, и только после этого взглянул на нее. Смотрел так пристально, как будто впервые увидел.

Вернулся и подошел ближе.

— Зачем тебе это, Снежана? Здесь тебе ничего не угрожает.

— И все же я хочу знать.

— Хорошо, — кивнул он и показал в сторону больших валунов.

На одном из этих камней, покрытых лишайниками, сидел Гайдиар, когда она его лечила. На него сел Элкмар. А ей пришлось сесть на соседний. И ждать.

Потому что дед молчал и хмуро смотрел вдаль. Повисла пауза, она уже собралась переспросить, когда тот, наконец заговорил.

— Наверное, надо начинать с самого начала, — шумно выдохнул он.

А потом резко перевел на нее взгляд. Снежану разом накрыло дрожью, как будто она сейчас услышит откровение. Ожидание снова затянулось и ей пришлось Сглотнуть.

— Он был одним из нас, — тихо говорил Элкмар.

Черт… Она почему-то таки думала… Мороз по коже.

— Джейдок — означает черный огонь. Раз уж ты хотела знать. Его огонь был черным, это и отличало его от стальных. черный огонь? Это не очень хорошо укладывалось у Снежаны в голове, потому что в ее родном мире огонь был, какого угодно цвета, только не черный. А Элкмар продолжал тихо говорить:

— И это сделало его изгоем. Точнее, изгоем он сделал себя сам, его амбиции. Война за власть, которую он затеял.

Снежану немного покоробили эти слова. Просто, она как никто другой знала, каково это, когда ты не такой как все. К тому же, слишком мало фактов, чтобы уловить суть.

Война… Развязать войну тут и без Джейдока хватало желающих. Она в этом мире неделю с небольшим, но уже успела насмотреться, на что люди готовы ради власти.

Достаточно было вспомнить Гайдиара. Да и остальных Проводников.

Стоило подумать о Проводниках, как ее мысли почему-то перескочили на Раада, снова всколыхнув неприятный осадок. Эта его сухая холодность. Не может ей простить, что из-за нее убили его любимую наложницу? Но извините, она-то тут причем?

Насколько проще было, когда он не скрывал своей ненависти и постоянно рычал на нее! Тогда можно было хотя бы высказать все ему в лицо. А теперь приходилось молчать.

Когда она поняла, что опять о нем думает, еще больше разозлилась на себя.

Опять повисла пауза. А Элкмар, как назло, внимательно смотрел на нее.

— А в чем опасность? — спросила Снежана. — Что вы имели в виду?

— Если бы мы знали, — тяжело вздохнул тот, шевельнув бровями. — Знай мы, в чем конкретно заключается опасность, давно бы предотвратили ее.

И как отрезал:

— Поэтому никаких полетов и прогулок за пределами этой долины. Пока. Все потом, когда это будет возможно, — а потом добавил, многозначительно на нее глядя: — Здесь ты в безопасности, и никто не сделает ничего такого, чего бы ты не захотела сама.

Он сейчас имел в виду Проводников? Снежана покраснела с досады.