– Я смотрю, вы тут недоверчивы к людям.

Старик хмыкнул.

– Не знаю, как в твоих краях, а у нас тревожно. Жителей близлежащих мест донимает банда Ворона. Это прозвище одного беглого каторжника, сколотившего шайку. Говорят, он настоящий псих и помешался на дури. Нанять личную охрану деньги пока не позволяют, но мы с ребятами вооружены, и готовы защитить себя.

Путник кивнул, и какое-то время они ехали молча. Пустынный пейзаж вокруг завораживал своей суровой, но притягательной красотой. День медленно, но верно клонился к вечеру, и старик заговорил о скорой стоянке на ночлег.

– А до Олдхоупа далеко? – поинтересовался Стас. – Я думал, что мы остановимся в городе.

– Нет, – усмехнулся возница. – Туда доберемся завтра к обеду. Отсюда до старого захолустья добрых двенадцать миль.

Для остановки на ночь Робб выбрал место возле одинокого холма, что встретился на пути, когда солнце ушло за горизонт. Вместе с сыновьями, он расположил повозки треугольником друг к другу. В центре образовавшейся геометрической фигуры развели большой костер, посидеть у которого выбрались ехавшие в повозках родственники. Жена с дочкой Джейка, старшего сына главы маленького пустынного каравана, младший ребенок Робба, девочка Сели, лет четырнадцати-пятнадцати. Одна большая семья собралась вместе. На путника, чужака в их обществе, поглядывали скорее с интересом, чем с опаской и недоверием.

На небе появились огромные звезды, и заметно похолодало, как всегда случается в пустынях, но возле огня было хорошо. Караванщики начали трапезничать. Старик подсел к их гостю и дал ему деревянную тарелку с небольшой порцией аппетитно пахнущей похлебки.

– Благодарю, Робб, – сказал Станислав.

– Может, поведаешь нам о своей родине? – спросил караванщик.

Стас осмотрелся и понял, что все люди смотрят только на него.

– Хорошо, только я не большой мастак рассказывать.

Все молчали, глядя на него.

– Земли, где я родился, находятся далеко на севере, – начал путник, стараясь, чтобы его слова казались убедительными. – Пустынь у нас нет, а теплая погода стоит только четыре-пять месяцев в году.

Слушатели дружно охнули и закачали головами.

– Не удивительно, что люди уезжают оттуда, – сказал кто-то.

– Я путешественник, – продолжил Стас, отхлебнув угощение деревянной ложкой, которую старик принес ему вместе с тарелкой. – Каждый год мы отправляемся в дальние страны, чтобы искать новые земли и устанавливать торговые отношения.

Люди одобрительно загудели.

– Торговля – это хорошо, – сказал Робб.

В этот момент, взгляд путника случайно упал на юную Сели, что сидела ближе к нему. Рядом с хрупкой фигурой рыжеволосой девочки, в песке, показалась черная извивающаяся полоса, медленно, но верно приближающаяся к ней. Длинная и массивная, насколько он мог видеть в отсвете костра. Родственники не видели надвигающейся угрозы. Они либо смотрели на огонь, попутно ужиная, либо наблюдали за рассказчиком. От него до Сели всего шагов десять, но добраться к ней он мог не успеть, поэтому решил поступить иначе. Размахнувшись, Стас метнул увесистую тарелку, с еще недоеденной похлебкой в сторону черной треугольной головы, от которой молодую девушку отделял метр с небольшим.

Тарелка не попала в голову твари, а упала перед ней, обдав змею горячей стряпней. Не ожидав такого, она зашипела, как брошенный в воду кусок раскаленного железа, и, собравшись в гигантскую пружину, метнулась к девушке. В этот момент, окружающие уже поняли, что происходит и девушка сумела увернуться. Промахнувшийся монстр не смог остановиться, пролетев дальше намеченного, и попал в костер. Шипение стало нестерпимым, к нему дополнился звук, похожий на рычание. Тварь попыталась вырваться из огненной ловушки, но подоспевший вовремя Станислав, пинком отправил ее назад в пекло. Несколько секунд змея, длина которой, по оценкам путника была не меньше двух метров, извивалась в агонии, после чего стихла. Запахло паленым.

Случившееся переполошило всех караванщиков. Сыновья Робба запоздало достали ружья и, забравшись на повозки, начали смотреть в темноту, надеясь предупредить новые угрозы. Сели оказалась не робкого десятка. Она не расплакалась, как другие женщины, а с интересом глядела на догорающего в костре змея. На чужака, спасшего ее жизнь, смотрела как на героя.

– Ну, ты даешь Стас! – подошел к путнику старик, тоже взявший ружье. – Это аспид, агрессивная и ядовитая тварь. Мы сами виноваты, что слишком расслабились. Думаю, сказать тебе спасибо будет мало.

С этими словами он снял с шеи цепочку с кулоном и протянул ему. Тот взял подарок и осмотрел его получше. Тонкие серебряные звенья, почерневшие от пота бывшего хозяина, держали медальон, на проверку оказавшийся механическими часами.

– Достались мне от отца. Вещь памятная, в любом случае, она достойна такого человека, как ты.

В этот момент в душе Станислава зажглись огоньки ликования. С каждой секундой они становились все громче. Он держал в руках цель своего путешествия. Получается, она сама нашла его. Нет, ему не нужны серебро, деньги и прочие ценности как таковые, просто в этом случае они совпали с его потребностью.