Повернувшись, я увидела, что Ревик выбирается через проём после всех остальных, и его прозрачные глаза отражают свет от двери. Посмотрев обратно на женщину-водителя, я увидела, как в её глазах проступило нечто хищное, пока она открыто оценивала тело Ревика.

Подавив резкий прилив злости, я предупреждающе хлопнула по ней своим светом.

Она тут же посмотрела на меня ошеломлёнными и широко распахнутыми глазами.

— Простите! Приношу свои извинения, Высокочтимая Сестра! Я очень сожалею!

Я не смягчила своё выражение.

— У тебя есть ещё одна такая маска? — спросила я. — Для него. Остальным это не должно понадобиться.

Она быстро кивнула, и в её глазах всё ещё виднелся страх.

— В кабине грузовика. Я принесу, Высокочтимая Сестра. Сейчас вернусь.

— Вот и займись этим, — буркнула я, провожая её взглядом.

Она подошла к краю крытого кузова фуры и спрыгнула.

Они действительно опустошили грузовик. Только одна или две коробки остались у двери. Трейлер стоял у кирпичной стены, так что мы не рисковали тут же быть увиденными.

Заставив себя выдохнуть, я взглянула на Джона.

Он тоже выглядел изрядно напрягшимся.

— Ты в порядке? — спросил он.

Я кивнула, но осознала, что всё ещё стискивала оружие в руках.

Через несколько секунд женщина-водитель вернулась.

В этот раз она даже не посмотрела на Ревика, и меня это устраивало.

Подозвав меня взмахом руки, она протянула мне вторую маску, и я кивнула в знак благодарности. Я подождала, пока она уйдёт, и только тогда посмотрела на пустой переулок и кирпичное здание за пределами трейлера. Надев маску, чтобы освободить руки, я оставила её болтаться на шее, затем поднялась на ноги и подошла к Ревику, который стоял у органической стены.

Без ВР-проекции и коробок стена была заметной и как будто голой с её открытыми живыми витками циркуляции.

Ревик, похоже, сообразил, что я задумала.

— Мы можем достать их и для остальных, если понадобится, — тихо сказала я, протягивая ему вторую маску. — Это может помочь им больше походить на людей… или хотя бы выглядеть менее подозрительно.

Ревик слегка улыбнулся, покосившись на Джорага и Юми.

— Сомневаюсь, — его взгляд остановился на татуировке, покрывавшей лысую голову и лицо Юми, затем задержался на Джораге, чей рост составлял два метра. — Но попытаться стоит. Нам может больше повезти с контактными линзами и простенькими накладками для сокрытия татуировок.

Я кивнула. Наш план во многом полагался на то, что мы будем двигаться неприметно и быстро. Вошли и вышли ещё до того, как Зачистка поймёт, что мы были в городе. В идеале до того, как это поймёт Лао Ху, но тут я была настроена не так оптимистично.

Я и не осознавала, насколько напряглась, пока Ревик не схватил меня за руку, и я подпрыгнула.

Он привлёк меня поближе и наклонился, целуя в губы. Он поцеловал меня ещё раз, уже подольше, и углубил поцелуй перед тем, как отстраниться и потереться своей щекой о мою щёку. Боль пронеслась по мне прежде, чем я сумела её подавить.

Я покосилась на женщину-водителя, но теперь она разговаривала с Ниилой и Джорагом.

— Расслабься, жена, — пробормотал Ревик. — Они ничего не могут с собой поделать… Мы с тобой всё ещё в том состоянии. Я тоже видел, как Джораг смотрит на тебя пристальнее, чем нужно.

Я кивнула, но так и стискивала челюсти, глядя на женщину-видящую.

— Когда всё это закончится, нам нужен отпуск. Я лично голосую за какой-нибудь пляж.

Ревик приласкал моё лицо.

— Согласен, — он подпихнул меня рукой. — Придумай хорошее место для медового месяца, жена. В прошлый раз я выбирал.

Я рассмеялась. Почему-то разговоры об этом сейчас казались мне сюрреалистичными.

Он улыбнулся и взглянул на Джона, который стоял в нескольких футах от нас.

— Твой брат ничуть не лучше нас, из-за чего, наверное, всем вокруг ещё хуже. И это одна из тех причин, почему Врег закатил истерику из-за их разделения.

— Он действительно так разозлился? — спросила я, немного расслабившись. Я обвила рукой талию Ревика и принялась гладить его по пояснице.

Тоже обняв меня рукой, Ревик поднял глаза к потолку грузовика.

— Ну смотри. Назвал меня «траханым лицемером»… дважды. А ещё эгоистичным мудаком, роботом и расистом. И обвинил меня в намеренной попытке саботировать их отношениях. Ещё он обвинил меня в том, будто я думаю, что Джон для него слишком хорош… и хочу уломать Джона на тройничок со мной и тобой.

— Фу-у-у-у, — я скривилась, поморщив нос.

Ревик расхохотался, крепче обняв меня рукой.

Джон, который, должно быть, слушал, тоже издал фыркающий смешок. Глянув на нас и закатив глаза, он сказал: